Удивительные истории о веществах самых разных. Тайны тех, что составляют землю, воду, воздух... и по

Биографии изобретателя телевидения и.. Происхождение славян в контексте индоевропейской истории 5 рец. Настоящая история великих открытий 3 рец. Как еда сделала человека разумным 3 рец. Есть ли золотая середина в запутанном мире диет? О хозяине кукольного дома и его семье 1 фото.

Стихотворения 1 фото. Тайны тех, кто населяет землю, воду и воздух 5 рец. Если вы обнаружили ошибку в описании книги " Удивительные истории о веществах самых разных.

У вас пока нет сообщений! Рукоделие Домоводство Естественные науки Информационные технологии История. Исторические науки Книги для родителей Коллекционирование Красота. Искусство Медицина и здоровье Охота. Собирательство Педагогика Психология Публицистика Развлечения. Камасутра Технические науки Туризм. Транспорт Универсальные энциклопедии Уход за животными Филологические науки Философские науки. Экология География Все предметы.

Классы 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 Для дошкольников. Каталог журналов Новое в мире толстых литературных журналов. Скидки и подарки Акции Бонус за рецензию. Лабиринт — всем Партнерство Благотворительность. Платим за полезные отзывы! Знаменитая Алиса в деталях. Вход и регистрация в Лабиринт. Мы пришлем вам письмо с постоянным кодом скидки для входа на сайт, регистрироваться для покупок необязательно. Войти по коду скидки. Вы получаете его после первой покупки и в каждом письме от нас.

По этому номеру мы узнаем вас и расскажем о ваших скидках и персональных спецпредложениях! Войти через профиль в соцсетях. Откроется окно подтверждения авторизации, после этого вас автоматически вернут в Лабиринт.

Вход для постоянных покупателей. Поделиться ссылкой на выделенное Прямая ссылка: Удивительные истории о веществах самых разных. Тайны тех, что составляют землю, воду, воздух и поэзию. В книге известного популяризатора науки Петра Образцова и его однокурсника по химическому факультету МГУ, знаменитого поэта Бахыта Кенжеева повествуется о десятках самых обычных и самых необычных… — ЛомоносовЪ, Лучшее увлекательное чтение Подробнее В книге известного популяризатора науки Петра Образцова и его однокурсника по химическому факультету МГУ, знаменитого поэта Бахыта Кенжеева повествуется о десятках самых обычных и самых необычных… — Ломоносов, формат: Лучшее увлекательное чтение Подробнее В книге известного популяризатора науки Петра Образцова и его однокурсника по химическому факультету МГУ, знаменитого поэта Бахыта Кенжеева повествуется о десятках самых обычных и самых необычных… — ЛомоносовЪ, формат: Взгляд из Германии предзаказ руб.

Ваш магазин исторической литературы. Удивительные истории о веществах самых разных. Тайны тех, что составляют землю, воду, воздух Книга повествует о десятках самых обычных и самых необычных окружающих человека веществах — от золота до продуктов питания, от воды до ядов, от ферментов и лекарств до сланцевого газа.

Кол-во страниц Тип обложки твердый переплет Бумага офсетная, белая Формат x мм Вес, кг 0. Остров стабильности в нестабильном мире трансураны Ядовитый мир Резиновая роща Графен почти не виден Полимолоко и полиостров полимеры Самый главный минерал 4. Ваши отзывы Оставить отзыв отзывы о магазине. Арктика за гранью фантастики - П. Великие открытия с древности до Средневековья - Джон Дрейер руб. Забавнейшие фальсификации в искусстве, науке, литературе и истории - Петер Келер руб.

Удивительные истории о словах самых разных. Книга о том, ЧТО мы говорим, сами того не ведая - В. Подвиг длиною в жизнь - Николай Алов руб.

Read More »

История и философия качества учета и финансово-кредитной деятельности Б. И. Герасимов, В. В. Дробыше

Предпринимательство, торговля Детские сказки, мифы и басни Детские журналы Информационные технологии Компьютерная безопасность Искусство и культура Религия Красота, здоровье, секс Народная медицина Научная и научно-популярная литература Философия и психология Тайны и таинственные явления Популярные справочники Cambridge University Press Правила сайта. Главная Форум Форум Быстрые ссылки. Искать только в заголовках Сообщения пользователя: Имена участников разделяйте запятой.

Искать только в этой теме Искать только в этом разделе Отображать результаты в виде тем. История и философия качества учета и финансово-кредитной деятельности Тема в разделе " Финансы и банковское дело ", создана пользователем Seogull , 14 май История и философия качества учета и финансово-кредитной деятельности Издательство: Финансы и банковское дело Качество: Это позволяет управлять булевой логикой запроса.

Например, нужно составить запрос: Например, для того, чтобы найти документы со словами исследование и разработка в пределах 2 слов, используйте следующий запрос: Чем выше уровень, тем более релевантно данное выражение. Например, в данном выражении слово "исследование" в четыре раза релевантнее слова "разработка": Для указания интервала, в котором должно находиться значение какого-то поля, следует указать в скобках граничные значения, разделенные оператором TO.

Будет произведена лексикографическая сортировка. Marc21 Скачать marcзапись Скачать rusmarc-запись Показать LDR cam a i Описание Заглавие История и философия качества учета и финансово-кредитной деятельности [Текст]:

Read More »

Новые материалы для древнейшей истории славян вообще и славяно-руссов Е.И. Классен

Все деяния человека или целого народа составляют одну неразрывную нить и характеризуются каким-то единством, если иногда и неполным, но зато всегда ясным. В древней истории мы слышим нередко отклики, как бы созвучные с следимым нами предметом. Прямо употреблять их как вставку в составляемую нами историю было бы ошибочно; нужно следить, вглядываться, вслушиваться в эти отклики, анализировать их и ставить в параллель с другими. Но, найдя однажды часть такой нити или исходный ее конец, уже гораздо легче отделить и всю нить, хотя бы она в иных местах и перепутана была в огромный узел встречных событий.

Так узнают земляки друг друга, будучи брошены судьбою по разным путям в чужбину. Что-то знакомое, что-то родное сближает их уже с самой первой встречи. Обычаи, привычки, наклонности инстинктивно сводят их между собою, прежде нежели они успеют объясниться словами. Философский взгляд, брошенный на целый ряд фактов быта народного, приводит их в стройные фаланги, связывает в одно целое и дает бытие истории. Все, не принадлежащее сюда, само собою выдвигается из рядов и отделяется как чуждое, стороннее.

Но некоторые писатели осмелились назвать исторической критикой самовластные правила, по которым можно безнаказанно отнять у народа все его лучшее достояние: Мало ли бывает в жизни ложных подозрений! Притом подозрения могут рождаться от разных причин, иногда просто неосновательных, а иногда даже и грешных, и заклеймить ложь, но чтобы унизать один народ и возвысить другой.

Такова была и критика Шлецера, дозволявшая себе притом и выражения, явно пристрастные и часто вовсе не научные. Он внес в нашу отечественную историю ложный свет в самом начале ее. Он утверждал, но только без доказательств, что будто Варяги-Руссы были Скандинавы, тогда как у самих Скандинавов нет ни малейшего следа о Варягах и они сами долго не решались назвать Руссов соплеменниками себе.

Только Германцы утверждали это; но в настоящее время дошло до того, что предполагают, будто Русь состояла из скандинавских колоний; мало этого — сочиняют, что будто в одиннадцатом веке все Славяно-Руссы говорили скандинавским языком.

Эта выходка необходима для поддержания мнений Шлецера, уже раскачавшихся на зыбком основании своем. А это не значит ли, что все развитие прирожденных, внутренних сил и способностей Славяно-Русского народа отнято у него и присвоено Скандинавам, едва ли более Китайцев участвовавшим в этом деле? По Мунху, Руссы говорили в этом веке скандинавским языком, стало быть, и летописи наши написаны на скандинавском языке? Посмотрим, как Немцы будут читать славянскую грамоту, принимая ее за скандинавские руны!

Германцы прошлого столетия считали Руссов и вообще всех Славян народом варварским, необразованным и не способным к образованию; они называли их пастухами, номадами, холопями и ставили характеристикою народа невежество и зверство, требовавшие постоянного побуждения. А как они тогда полагали, что свет, озаряющий всю Европу, избился из недр их самосветности, то и Шлецер, упоенный народным предубеждением, предположил, что Руссы должны быть обязаны Германцам своим просвещением, своею гражданственностью, своим строем и самобытностью.

Но как сношения Германцев с Руссами не представляют никакого исторического материала, из которого бы можно было вывести, что Руссы заимствовали у них всю свою гражданственность, то Байер и Шлецер укрыли свою мысль под эгидою Скандинавов, причислив к ним, как к соплеменникам своим, и Варягов-Руссов.

Этим они думали оживотворить свою неподвижную, тяготеющую во мрак произвола идею, предсозданную исследованием и своду Русских летописей. Если Шлецер действительно не понял Русских летописей, то он слепец, напыщенный германскою недоверчивостью к самобытности.

Русских государств во времена дорюриковские; но если он проник сущностью сказаний и отверг таковые единственно из того, чтобы быть верным своему плану, то он злой клеветник!

Но обратимся теперь к нашим историкам. К сожалению, должно сказать, что некоторые из них смотрели в кулак Немцев и от того не стыдясь говорили, будто великая Россия была наследным достоянием Скандинавов и будто Рюрик занял ее как свою отчину, а не как призванный на престол самим народом; будто до времен Владимира обитали в ней немногие номады, называвшиеся рабами, отроками, хлапами, и будто Русские летописцы изуродовали эти слова в Словаков, Славян и приписали их народу, никогда не существовавшему.

Можете ли вы восстать из гробов своих? Вы бы познали горесть народа и стыд ваших внуков. Чужая жажда испивает нашу кровь, и сыны, не зная славы отчей, величаются тем, что называют себя потомками холопов! Если Шлецер и почитал себя создателем высшей исторической критики, если он и мечтал, что вознесся в этой ветви учености на недосягаемую для других высоту, с которой мог дробить их, обращать своим приговором в сказку или самовольно присваивать тому или другому народу; если его последователи и думают, что зажженный им светильник озарил лучами солнца всю Русскую историю, потому они смело могут еще более развивать, усиливать и подкреплять его скандинавоманию, имеют право лишать Русское юношество того благороднейшего чувства, которое рождается от высокого уважения к своим предкам — родоначальникам, то настанет еще то время, когда укажут им, что они прикованы к надиру, и потому не видят зенита; что восставленный Шлецером светоч над Русской историей давно догорел и померк и представляет одну головню, марающую священные листы истории!

Но благодаря усердным розысканиям некоторых отечественных тружеников на поприще истории открыто уже много древней славы Руси Славянской, и есть надежда, что скоро воссияет дохристианская Русь во славе Троян, Гетов-Русских ошибочно названных Этрусками и Македонцев — в славе наставницы древних Греков и Римлян и перестанет слыть отчим наследием Скандинавов!

Настанет время, когда потрясут в основании гнилые столпы, поставленные для славяно-русской истории на скандинавском болоте, и укажут их место на огромном материке от Арала до Адриатики, от Каспия до Балтийского прибережья и от Черного моря до Мурманского! Там колыбель этого великого доисторического народа, названного, как бы в насмешку, племечком скандинавским! Указание некоторых славянских названий, с их переладом на греческий, латинский, германский и скандинавский типы, как руководство для приведения и других исковерканных славянских имен к прототипу своему.

Так писали историки, довольно отдаленные от Славян; но вот пример, как описывает Болеслава храброго один германский современный ему священник, живший в Польше; Boleslaus primus, qui dictus est Sraba i. Но чтобы иметь понятие о том, как Германцы толкуют еще и ныне значение некоторых русских слов и как они знакомы с Русской историей, географией, мифологией и бытом народным, мы приведем также несколько примеров, достаточно убедительных в этом деле и притом нисколько не подвергающихся сомнению.

Также не далее, как в самом конце минувшего столетия, а именно в х годах, мы встречаем сочинения, достопамятные верностью описания России и быта ее. Другой пример мы находим у Christiani, в его Unterricht fur die zu Kaufleuten bestimmten Junglinge. Commerz—Geographie, где Россия разделена на восточную и западную; где западная состоит из провинций: Он утверждает также, что Дербент лежит в земле Самоедов, что С.

Но не думайте, чтобы сочинение Христиани было принято за дюжинное; нет, оно достигло второго издания и было чрезвычайно расхвалено в современных ему германских литературных газетах. После этого можем понять, как судили о Русской истории и Байер, Мюллер и Шлецер, не знавшие основательно ни языка Русского народа, ни обрядов и обычаев, ни характера его в самом ядре населения.

Но возвратимся опять к грецизированным славянским словам, рассеянным по разным историям. Некоторые до того изуродованы, что скорее походят на китайские, нежели на славянские; иные вымышлены самими Греками и многие составлены из двух названий: Неизлишним будет прибавить здесь, что для возведения к прототипу своему некоторых племенных имен славянских, до сих пор еще не разгаданных, необходимо, кажется, справляться в областных словарях Русских.

У Славян есть обыкновение называть одних лапотниками, других махланами или зипунниками, третьих аланниками. Но приведем здесь несколько таких названий и поставим их в параллель с племенными названиями славян в историях греческих и римских. Алань — низменное место, удобное для пастбища и покоса, производное от того слово:. Кажется, что из упомянутых одежд и обуви каждая принадлежит у нас в России особой местности. Может быть, кто-нибудь займется подробным исследованием этого предмета и, определив местность племен Греками и Римлянами упоминаемых, найдет, что она совпадает с местностью приведенных здесь русских названий, и тем обратит нашу догадку в факты исторические.

Заметим при этом, что главная ошибка большей части изыскателей местностей славянских состояла в том, что они концентрировали все свои разыскания преимущественно около Дуная, тогда как нужно обращать внимание и на дальний север, ибо между Финским заливом и Белым морем также сидели и Унны, и Руссы, и Алане, чему подробнейшие доказательства мы приведем впоследствии.

Имена лиц, городов, рек и других урочищ, даже улицы носят на себе отпечаток того, что слава и честь были постоянной стихией характера Руссов и их соплеменников. Мы даже находим во многих древнейших песнях слова: Самое море хвалисское получило свое название от похвальбы.

Греки и Римляне называли хотя Славян вначале и различно, а именно: Dubravius то же доказывал, говоря: Производящие название Славян от слова должны бы были обратить внимание на то, что Славяне и Словене суть имена нарицательные. Но первое может принадлежать одному, двум, трем или более племенам; однако же нет необходимости, по словопроизводству, чтобы оно принадлежало всем племенам без исключения.

Название же Словене должно быть общим, между тем как по истории оно есть действительно частное, присвоенное себе славными. Название Славян существует с давних времен. Главное племя Мизии и Македонии состояло из Славян. Страна их называлась Славиниею.

Самыми же первыми поселенцами этой страны были Пеласги, которые по несомненным доводам г. Черткова, в исследовании Пеласго- Фракийских племен, оказались также Славянами. Дальнейшим подтверждением того, что Македонцы действительно были Славяне, пусть послужит следующее: А вскоре после того одна часть их снова переселилась на Ильмень и Ловать.

Но чтобы убедиться фактически в том, что Славяне произвели это название от славы, рассмотрим несколько собственных имен славянских, принадлежащих лицам, городам и разным урочищам, в составление которых вошла слава как общее основание, около которого вертятся все действия народа; например:. Сюда же можно отнести и Чести—бор, Хвалисы и Хвалисское море, иными называемое Хвалынским. Возможно ли допустить хотя бы тень сомнения в том, что все эти имена были произведены от славы?

В первом случае каждое имя выражает особое отношение славы к житейскому быту, а во втором все эти имена означали бы бессмыслицу. Мы видим, что Стефан, Князь Сербский, получил от славян еще придаточное имя Доброслав, как эпитет его характера. Предположив и, кажется, безошибочно, что все приведенные нами имена суть эпитетные, мы еще более убеждаемся, что они произведены от славы. И вообще эти эпитетные имена Славян образовались на том же пути, как у иностранцев прозвища: Но поставьте в параллель Славянские эпитетные имена с иностранными: Но дабы сильнее подтвердить, что в славянских именах заключался почти всегда не только глубокий смысл, но и характеристика народа образованного, приведем здесь несколько примеров.

Имена, свидетельствующие о гостеприимстве Славян: Сюда же должно отнести и название заезжего купца — гостем, свидетельствующее, что славяне покровительствовали и торговле. Имена, свидетельствующие о миролюбии славян: Имена, свидетельствующие геройство, быстроту и властолюбие: На что нам тут сказания разных историков о характере и духе славянских племен; все это ясно видно из имен славянских, дышащих высокою, разумною жизнью.

Но для поверки нашего вывода приведем слова древних писателей: Геродот говорит, что достойнейшие люди, каких он только знал лично, все были Скифы. Что Скифы никто иные, как Славяне, мы старались объяснить в статье: Скифы, Сарматы и пр. Самые даже враги Славян Маврикий и Гельмольд утверждают, что Славяне к чужим странникам были благонамеренны и заботливы и всюду их провожали.

Следовательно, и у иностранных историков главная черта славян состояла в простоте без злоухищрений и обманов, в откровенности, услужливости и человеколюбии. Далее из истории мы видим, что законы и обычаи Славян дышали добром, что они верили в бессмертие души и в воздаяние в будущей жизни. В числе древнейших Славянских законов и постановлений было и то, что каждый пленник, в чьих бы он руках ни был, пользовался независимостью, ступив на Славянскую землю.

Этот образ мыслей, которым кичится Англия в настоящее время, составлял прирожденное чувство Славян более, нежели за две тысячи лет до нашего времени. Такое человеколюбие могло бы сделать честь и просвещеннейшим тогда Грекам и Римлянам, но, к сожалению, оно было чуждо этим просвещенным, но по образу действий своих варварским народам. Германцы поступали с своими пленниками не лучше Римлян; они всех покоренных ими Славян обратили в рабов, и остатки этого рабства сохранились и по сие время в сильной степени в Оснабрюкском округе в Ганновере, в Силезии и во многих других местах Германии.

В заключение скажем, что Славяне никогда не заимствовали имен для себя у иностранцев, напротив того, Германцы и Скандинавы ввели в свой быт множество славянских имен, как, например, Ratwald Радовлад , Ragnwald Роговлад или Рогволод , Welemir Волимир , Zwentibold Святополк и множество других.

Но, впрочем, над какою истиною ни трудился ум человеческий или, лучше сказать, его неразумие, чтобы поколебать ее в своем основании; может быть, и теперь найдется какой-нибудь новый Байер, который станет доказывать, что Славянское имя Осмомысл произошло от шведского Osmak противный запах.

В дополнение всего, сличим теорию составления Славянских имен с таковою же у номадных народов; мы найдем тут, что у последних собственные имена состоят из подражания случайно до них дошедшим звукам или выражают предметы, самые обыкновенные из жизни человеческой, близкие иногда даже к хрюканью и мяуканью.

Для примера приведем рассказ одного немецкого путешественника в ордах Киргизских: В это время пропала у путешественника его собака, воротившаяся через три дня опять домой.

Путешественник, увидав свою собаку, воскликнул: Это произнесено было в присутствии Киргиза, который, вслушавшись в означенные слова, тотчас нарек сыну своему имя Биштуда. Когда путешественник спросил хозяина своего, отчего он назвал так сына, тот отвечал, что он выжидал, когда услышит какое-либо слово, нравящееся ему, чтобы обратить таковое в имя сыну своему, и, слышав сегодня это слово от него, воспользовался им.

После всего этого только невежда может утверждать, что в 9-м веке Славяне были номады! Нет, не приводя никаких других доказательств, нам служат одни уже имена славянские характеристикою их и свидетельствуют о глубоком их мышлении; а такое основательное и многостороннее мышление, в свою очередь, доказывает, что славянский народ за много веков до того времени был уже на высочайшей степени образованности, что подтверждается и, с другой стороны, богатством славянского языка и развитием его слова.

Не станем опровергать этого мнения голословно, но постараемся привести столько фактов, чтобы достаточно было для убеждения каждого в том, что у Славяно-Руссов грамотность древнее, нежели у всех западных народов, даже древнее грамотности римской и греческой. А что у Славян была грамотность не только до общего введения между ними христианства, но и задолго до Рождества Христова, в том свидетельствуют акты, возводящие грамотность Славяно-Руссов от десятого века назад — до глубокой древности, чрез все темные периоды истории, в которых изредка, кое-где, но ясно проглядывает элемент Славяно-Русского народа с его характеристическим типом.

Черноризец Храбр, живший в м веке, говорит: Славяне погани то есть идолопоклонники суще чертами и резами чтяху и гатаху. Константин Порфирородный говорит, что Хорваты тотчас по принятии Христианства, следовательно, прежде чем могли научиться грамоте, собственными подписями подтвердили свою клятву Папе не воевать с другими народами. Титмар, описывая храм Ретры, говорит, что внутри его стояли идолы и на каждом из них было написано его имя. Массуди при описании Славянского храма в золотых лугах говорит, что там на камнях начертаны были знаки, которыми обозначены были будущие дела, то есть события предсказанные.

В договоре Игоря с Греками сказано: Место в договоре Олега с Греками, где сказано: Ибн-Фодлан, писатель X века, пишет, как очевидец о Руссах дохристианских, что они на столбе намогильном писали всегда имя покойника вместе с именем Князя. Кирилла, в списке, хранящемся в Рыльском монастыре, сказано, что он прежде отправления в Моравию был в Херсоне и: Это обстоятельство согласно и с церковной историей, говорящей, что Руссы Черноморские имели уже свою церковь в 4-м веке.

Что славяне имели уже письмена задолго до Кирилла и Мефодия, свидетельствуется весьма старыми славянскими письменами, находящимися в Мюнхенской библиотеке.

Это значит, что законы Чехов были уже писаные. В 6-м веке Византийцы говорят уже о северных Славянах как о народе образованном, имеющем свои собственные письмена, называющиеся буквицею. Корень этого слова сохранился по сие время в словах: Со 2-го по 7-й век мы часто находим у Скандинавов и Византийцев намеки, что Славяне были образованный народ, обладали многими знаниями и имели свои собственные письмена. Царь Скифов вызывал Дария ругательным письмом на бой еще в году до Рождества Христова.

Что жрецы и мудрые между славян писали народные законы на деревянных дощечках; что употреблялись у них руны для предсказаний. И вообще в скандинавских сагах Винетов называют образованными людьми.

Что древние Руссы действительно писали на деревянных дощечках, то подтверждает нам Ибн-Эль-Недим, приложивший к своему сочинению снимок с письма Руссов, найденного им у одного кавказского жителя врезанным на белом дереве.

Наконец, что все древние племена Славян имели свои рунические письмена, есть уже теперь дело несомненное, сознанное даже и Германцами, оспоривающими каждый шаг просвещения славянского.

Только наши доморощенные скептики, кончившие изучение истории еще в школе, уверяют, что все руны должны быть скандинавские. Но прочли ли эти велемудрые толковники хотя одну руническую надпись? Видели ль хотя бы одну? И сам Шлецер — этот отвергатель всего, возвышающего Славян над другими народами, не смел не согласиться вследствие свидетельства Геродота и других греческих писателей, что многие скифские племена знали грамоту и что и сами Греки приняли алфавит от Пеласгов, народа также скифского, или, что все равно, славянорусского происхождения.

Из всего, здесь выведенного, явствует, что Славяне имели грамоту не только прежде всех западных народов Европы, но и прежде Римлян и даже самих Греков и что исход просвещения был от Руссов на запад, а не оттуда к ним.

И если что остановило на время просвещение Руссов, то это были периоды губительных нашествий Персов, Греков, Римлян, Монголов, истреблявших все огнем и мечом; равно внутренние раздоры, оканчивавшиеся всегда всеистребляющими пожарами; периоды, в которые утратили Славяно-Руссы не только свои драгоценности вещественные и вынуждены были вводить у себя на время кожаные деньги, но и сокровища литературные, на которые мы встречаем намеки в разных позднейших сочинениях, которыми, по-видимому, пользовался отчасти и творец игориады, и которые в искаженном виде сохранились в изустном предании народа уже в форме сказок, но сохранивших еще всю пиитическую красоту свою и силу в тех местах, где гладкостью и звучностью стиха он невольно залегал в памяти каждого.

Таково на примере описание красавицы или коня, которое нисколько не уступает описанию коней Ахиллесовых в Илиаде. Известно из истории, что Трояне назывались сперва Пеласгами, потом Фракийцами, после того Тевкрами, затем Дарданами и, наконец, Троянами, а остатки их после падения Трои Пергамлянами и Кемеянами; ибо Кемь и Пергам построил Эней после падения Трои и в них поселились Трояне, избежавшие гибели в Илионе. Эти факты заимствованы как у греческих и римских историков, так и из самой Илиады.

Греки называют Троян, Македонцев и Фригиян Фракийцами, да и сами Трояне так же называют себя, а вместе с тем и подвластных себе Фригийцев и союзных Македонцев. Если бы мы даже и не знали, что Фракийцы происходят от Пеласгов, то и тогда на вопрос, кто же были фракийцы, мы отвечали бы по историческим фактам так: Кроме того, Фракийцы носили чубы, как Малороссияне; могилы у них делались насыпью, как вообще у всех Славян; при погребении покойников соблюдались все славянские обряды и даже нанимались плакальщицы.

На бой они выходили преимущественно пешие; вооружение у них было славянское. Это подтверждается всеми древними историками; следовательно, Фракийцы должны были быть Славяне. Но теперь, имея выводы Apendini о том, что Фракийцы и Македоняне говорили славянским языком, и подробнейшие выводы Г.

Черткова о Пеласго-Фракийском племени, мы убеждаемся несомненно, что Фракийцы были славяне, следовательно, и Трояне также.

Относительно славянства последних заметим еще в дополнение, что два сына Приамовы носили имена чисто славянские, а именно Троил и Дий. Первое имя сохранилось у нас на пушке, стоящей в Московском Кремле; другое известно из славянской мифологии.

Кроме того, военные игры, введенные Троянами в обычай италийцев, названы этими Trojani ludi Трояни люди. В Троянских владениях была река Рса или Раса. Везде, где сидели Руссы, мы находим и реку этого имени. Нынешний Араке есть древняя Рса; по географии того времени означают тут народ Рось и страну того же имени, названных впоследствии Скифами.

Волга также называлась Рсою, когда подвинулись к ней из-за Каспийского моря Руссы и Унны; это же имя сохранила река Руса или Порусье в Новогородской губернии, где сидела Русь алаунская древнейшая; река Рось, впадающая в Днепр, где сидела Русь Днепровская или Поросяне; Русское море или Черное, где была Русь черная; река Руса в Моравии, где сидят и теперь Русняки; река Руса, составляющая правый рукав I Мемеля или Немана, называвшаяся, как говорит предание, этим именем от самого истока своего, по которой сидела, по всему ее течению Русь алаунская, перешедшая со старого жилища на новое место, дошедшая наконец до взморья и распространившаяся по нему налево до Русни, что ныне Фриш-Гаф, а направо, вероятно, вверх по всему заливу, где и названа она поморскою.

Это заставляет заключить, что и в Троянских землях сидела некогда Русь, следовательно, хотя часть Троян была племени Русского. Но обратимся теперь к надписи на могильном камне Энея. Эта надпись разобрана и прочтена Г. Воланским верно, что может каждый желающий проверить сам на помещенном здесь в приложении снимке с нее.

В этой надписи Эней призывает для охранения дома своего и детей высшее божество, называя его высшим божеством России — Эзменем. У древнейших Славян действительно почитался высшим божеством Ясмень, называемый иначе Язмень, Яшмун и Шмун, а те, которых почитали происшедшими от него, назывались Яси, Язи или Азы.

Из этого выводится следующее:. Что Язики — уменьшительное слово Язей — пересозданные неведением новейших историков в Язигов, Яцишв, а у некоторых племен Славянских — сообразно наречию их — в Ящагов, от Яшмуна, должны также происходить от Руссов. Это подтверждается еще и тем, что Язи или Язики были постоянно неразлучны с Роксоланами, то есть Руссами алаунскими, или аланными, что нами подробно объяснено в статье о Руссах и Аланах.

Теперь обратимся к доказательствам того же предмета, но с другой точки воззрения. Что певец Игоревых полков называет какого-то Бояна соловьем старого времени — это значит певцом давно минувших времен.

Следовательно, Боян или описывал только древние события, или и сам принадлежал к числу древних поэтов. Если переведем это на современный наш язык, то выйдет в первом выражении: Нет сомнения, что это слово не представляет собою ни параболы, ни гиперболы риторической, а есть простое указание на то, что Боян писал еще до изобретения папируса, а потому писал, по тогдашнему обыкновению, на деревянных дощечках, на каковых писали некогда и Руссы, по свидетельству Ибн-Эль-Недима.

Следовательно, Боян был древний поэт, ибо писал еще на дощечках и, может быть, резами и чертами, как говорит черноризец Храбр о письменах Славянских. А так как у нас из стихотворений о Трое только и есть одна Илиада, то мы можем не только предположить, но и утвердительно заключить, что Боян писал Илиаду.

Ошибочно заключил наш покойный историограф П. Можно ли воспеть что в чей бы то ни было путь? Поют в склад и лад другого, но не в путь. Притом и самое правописание говорит, что речь идет о чем-то троянском, а не Траяновом. Притом же греки в продолжение трех столетий от покорения Трои не знали об этом сочинении; неужели оно могло бы так долго укрываться от них, если бы было их туземное?

Хотя семь городов греческих и спорили о месторождении творца Илиады, но потому только, что в каждом из них найдено по несколько вариантов тех же кемеянских или кемских песен, которые легко могли зайти туда из Кеми, бывшей впоследствии во власти Греков. Следовательно, Боян или Омир мог быть и не Грек родом и действительно он был Кемеянин, что подтверждают и сами Греки, говоря, что слово Омир не есть имя певца, а означает будто бы на кемеянском языке только слепца.

Вот тут сами Греки говорят, что Илиада первоначально написана была не на греческом языке, иначе не могло бы иностранное для Греков слово, означающее не более как слепца, попасть в оглавление греческого стихотворения. Поставив всеми этими доводами факт исторический, присвоенный Греками в пользу своей истории, в чисто нейтральное положение, продолжим наши выводы.

Имя Кеми, месторождения Илиады не только не чуждо славянскому миру, но даже повторяется и в самой России в разных местах, как, например, Кем—пно, городок в познанском округе, Кем—тендей, река в Иркутске, Кемь, уездный город архангельской губернии, озерко Кемское и речка Кемь в той же губернии, и несколько деревень того же имени.

Но Велес или волос был божество у Руссов, покровительствовавшее коням и волам. По этому певец Илиады, то есть Боян, должен был быть Руссом. Далее в Игориаде мы читаем:. Уже пустыни силу покрыли. Встала обида в силах Даж-бога внука, вступила то есть обида девою на землю Трояню, всплескала лебедиными крылы на синем море, у Дона плещучи; у буди жирня времена. Усобица князем на поганыя погибе, рекоста бо брат брату: Здесь автор говорит о тяжких временах, приводя в доказательство тому, что пустыни покрыли те места, где прежде процветала сила народная.

Что прибрежья синего моря были некогда заселены Славяно-Руссами явствует уже из преданий, сохранившихся в народных песнях и сказках, переносящих весь быт востока славянского на синее море, подобно тому как запад славянский концентрируется Дунаем. Ответ выводится сам собою следующий: Что Троя и Русь заняты были не только одним и тем же народом, но и одним его племенем; следовательно, Руссы были Трояне или Трояне были Руссы. Но как огромнейшее племя Руссов не могло все совместиться в Трое, а часть Руссов могла построить Илион, притом прозвания: Трояне, Дардане, Тевкры, Фракийцы и Пеласги не суть собственные имена народа, а только нарицательные, как мы видели выше, следовательно, Руссы есть племенное название народа, заселявшего Трою.

Это подтверждается, в избыток, еще и тем, что Трояне и Руссы имели одну общую мифологию, однозвучные и часто одинаковые имена, одинаковое оружие, обряды и обычаи. Далее автор Игориады выводит, в каком виде вступила обида в земли Русские: К чему вошло здесь летосчисление Троянское в таковое ж Русское? Хотя трудно вывести из этого исходную точку летосчисления, давно былого, взятого от Троян; однако же несомненно должно заключить, что у Руссов и Троян было оно некогда общим и начиналось, вероятно, построением Трои, следовательно, опять тот же вывод, что Троя была Славяно-русская.

Этот вывод согласен будет и с доводом г. Воланского, полученным на пути, совершенно отличном от нашего, что Эней был Русс. Кроме того, имя Энея мы встречаем у славян, как, например, Эней-Сильвий, Чешский историк г. Юней — имя болгарское, часто встречающееся и теперь у Болгар. Нет никакого сомнения, что Илиада на отечественном языке нашем была не у одного творца Игориады в руках, а у многих Руссов, но с нашествиями половцев, Монголов и почти всеобщим сожжением городов русских этот драгоценный древнейший памятник народной славы погиб безвозвратно.

Но, впрочем, если бы кто вздумал отыскивать древний список Илиады, тот должен искать его преимущественно начертанным на деревянных дощечках или на пергаменте, изобретенном в Пергаме, городе построенном Энеем.

Но, впрочем, он мог существовать и в позднейших списках. Греция, достигши высшего своего образования, не могла достигнуть в творениях своих псевдонима, Омира, как же приписывать ей Омира в те времена, когда она была еще народ почти варварский. Просвещение Греции началось только со времени падения Трои. Хотя впоследствии Греки и написали уже сами Одиссею, но она, несмотря на свое позднейшее появление, суха, местами шероховата, наполнена слишком грубыми вымыслами и очень растянута бесцветными картинами.

Одиссея есть образец греческой поэзии, не выдерживающей параллели с Илиадою славянской. Это от того, что Славянам более свойственна поэзия, нежели всем прочим народам; можно даже сказать, что она составляет прирожденное их свойство. Возьмите любую чисто Русскую сказку и вы найдете в ней какое-нибудь место, дышащее высокой поэзией, например описание коня, красавицы — так, что невольно согласитесь, что это отрывок из поэмы.

Конечно, почти все остальное в сказке уже изуродовано в изустном предании народа: Поэтому мы можем полагать, что много древних стихотворений обратилось в народные сказки, утратив в изустном предании красоты свои и сохранив их только в тех местах, которые по свойству своему у всякого легко залегали в памяти. Видно и по истории, что просвещение Греции началось много спустя после покорения Трои.

Та первая заимствовала образцы гражданственности, благоустройства и образования, подобно тому, как западные народы начали просвещаться после крестовых походов. Бодянского, взятые нами из предисловия его к переводу истории Червоной или Галицкой Руси, сочинения г.

Такая история, конечно, умерит несколько безотчетное поклонение истории западных народов, единственных, мол, действователей, покажет каждому, кто только нарочно не станет закрывать глаз своих, что и мы Русские, взятые все вместе, жили своей самостоятельной и самообразной жизнью, тут ровной и плавной, там бугристой и кипучей, а там самой огненной и бурной, смотря по обстоятельствам, вызывавшим ту или другую сторону нашего народного характера, то или другое наше племя; что и у нас разыгрывалась когда-то не хуже иных драма со всеми ее излучинами, неровностями и шероховатостью, что и мы были деятели, только деятели по-своему.

А потому нас нельзя мерить мерилом Запада, судить и рядить по случившемуся и случающемуся там, требовать и от нас того, что там было доброго или худого, заставлять не только теперь, но даже и в прошедшем плясать по чужой дудке и погудке и, не находя сходного или не в таком обилии, виде и т. Конечно, мы, может быть, еще долго не дождемся нового Карамзина, предвещенного нам г.

Бодянским, но на всех нас лежит обязанность приготовлять для будущего нашего историка, хотя некоторые мелкие детали, могущие воити в великии чертеж Русского народа.

Этих деталей можно извлечь множество из летописей и памятников. Причина, по которой история Славяно-Руссов дохристианского времени так темна в общих летописях, заключается, во-первых, в том, что греческих и римских историков занимали преимущественно войны, грабежи, сожжения и истребления и они мало заботились о мирных добродетелях граждан; от этого Славяне, народ мирный, трудолюбивый, любящий домашнюю жизнь и хозяйство, так поздно вошел в очерк истории народов.

Только мельком кое-где проглядывают светлые точки, озаряющие Славян. Эти светлые места произошли большею частью от бурных столкновений Славян с затронувшими их соседями. Во-вторых, Греки никогда не заботились узнавать настоящего имени сторонних для себя племен и называли их как кому вздумается.

От этого часто встречаются такие названия, которые или означают только одежду того племени, или промышленность, или даже бранное название соседей — с переводом этих названий или и без перевода на греческий язык.

Новейшие германские историки стараются и эти блестящие точки, выказывающие славянский элемент возвышенным пред другими, затмить отвержениями, подозрениями и, наконец, бессовестною и беспримерною в ученом мире ложью. Но, к счастью, имеем мы двоякого рода источники к воссозданию древнего славянского мира: Эти источники нужно сперва уничтожить, дабы дать возможность провозглашать дерзкую ложь и искажать величие и достоинства великого народа — великого не по счислению, а по делам своим в продолжение трех тысячелетий!

Доколь целы эти источники, дотоль будут находиться и люди, готовые защищать истину от нападений и очищать историю от втиснутых в нее бессмысленных и невежественных толкований. К сожалению, должно сказать, что и некоторые славянские писатели, как Карамзин, Добровский и другие, ведомо или нейедомо, но несовершенно чужды этого греха.

Но, может быть, эти ученые боялись идти против тогдашних мнимых авторитетов. Можно бы дозволить себе вставлять в историю свои собственные догадки и заключения, но там только, где они согласны с здравым рассудком и вместе с тем не противоречат источникам и не опровергают их. Славяне в России жили рассеянно, как звери и птицы, и не могли иметь своих Князей.

Он сравнивает их с американцами при Онтарио, с Киргизами и Каракалпаками. На основании Шлецеровских безотчетных идей, его последователи отвергли все достойное внимания у Славяно-Руссов и сообща признали их за безнравственных, зверообразных людей, трусов, не имеющих понятия ни о городской жизни, ни о промышленности и торговле.

Постараемся опровергнуть все эти мнения по частям. Некоторые из наших историков, опираясь на мнения Шлецера, утверждают, что Новгород построен во время пришествия Варягов, другие же полагают, что это случилось даже позднее. Наши выводы доказывают, что он построен за несколько веков до призвания Варягов и что мнение Шлецера основано на чистом произволе, вопреки всем летописям и сказаниям, вопреки даже здравому смыслу.

Предположение, что народ, имеющий города и торговлю, может быть номадным, есть химера, не заслуживающая никакого внимания, а человек, мыслящий подобным образом и изъявляющий при том претензию на мудрый критицизм в своем определении, походит на ребенка, почитающего море за лужу, по которой он свободно бродить может. В таком мнении нет ни малейшего отблеска учености и рассуждения, и вместо света оно разливает мрак, больший прежнего, на историю.

Постараемся же теперь доказать, что Руссы и вообще все Славяне имели множество городов, знали грамоту, многие ремесла, занимались хлебопашеством, заграничною торговлею гражданскую, но и строго политическую.

Разберем все это по частям. Имя Переяславля свидетельствует, что Славяне Русские заботились еще до пришествия Варягов о славе своей. Когда Ольга осадила Коростень, то велела объявить жителям его, что уже все города древлянские сдались. Следовательно, и Древляне это грубейшее славянское племя, имели много городов, ими самими построенных. Некоторые Византийские историки говорят, что Киев построен в году, другие же утверждают, что он построен до P. Он же говорит, что в году Новгород был покорен Готами.

Вот уже лет существования этого города до призвания Варягов. Прокопий и Иорнанд говорят, что Славяне строили прочные деревянные дома и укрепленные города; первые привязывали их к земле, а последние служили обороною от неприятелей.

Эти Славяне, насильницы Германцев, шли из России и несли с собой ее искусство, а по Шлецеру они были номады. Если в то время город Гелонь был уже славный, то построение его должно отнести, по всему вероятно, по крайней мере, к одному времени с Римом, если не ранее. Мы знаем, что Gaard — значит город, Gaarda — города, rikr — царство.

Скандинавы сами же отвечают, что это Ryszaland, то есть земля Руссов. Что же удивляло Скандинавов, когда они бывали в Ризаландии? Множество городов и укреплений, то есть то, чего не было у них самих, или недоставало им; ибо если бы у них было столько же городов, как и в Ризаландии, то незачем и давать ей эпитетное название Gaarderikr.

Следовательно, когда Скандинавия не имела еще городов или и имела, но весьма мало, то Россия обиловала ими уже чрез меру, так что заслужила в глазах их название царства, состоящего из городов. А что Россия была не только не скандинавского племени, но и не подвластна Скандинавам, это видно из того, что они называют ее не волостью своей, а царством, следовательно, отдельным владением, состоящим из множества городов, а по имени землею Руссов.

Не излишним будет присовокупить здесь, что на пространстве нынешней России, в стране Будинов и в разных других местах, были значительные торжища в городах, на которые съезжались купцы всех стран, следовательно, и Греки как народ, сильно занимавшийся торговлей. Скандинавские купцы ездили тогда в город Girkhia, Girkha, который новейшие историки принимали сперва за Грецию, а после уже стали говорить, что Скандинавы называли Россию Грецией.

Судя по тому, как Скандинавы вообще ломали славянские слова, должно думать, что это город Карга, который, вероятно, получил вторую половину своего названия — поль — от тех же греческих купцов, ездивших туда торговать. Но принятие слова Girkhia за Грецию дало некоторым повод толковать, что будто Скандинавы ездили из своего отечества прямехонько в Византию, причем они, вероятно, забывали, что Скандинавия отстояла от Греции и тогда на столько же, как и теперь. Эта же мысль, без сомнения, весьма ошибочно вызвала за собой другую себе подобную, что будто Русь была подвластна Скандинавам; ибо, думали себе следователи, нельзя же Шведам так свободно разгуливать по чужой земле.

Так лепили Скандинавоманы к первой ошибке вторую, третью и наконец дошли до того, что провозгласили Россию скандинавским наследием, скандинавскими колониями Rukert и довели наконец до того, что хотят нас уверить, будто все Руссы в м столетии говорили еще скандинавским языком Munch.

Остается ожидать от них еще, что станут уверять нас, будто настоящий язык наш есть наречие скандинавского, или что мы, Руссы, переняли славянский язык у перелетных птиц. Но об этом поговорим еще в своем месте побольше, а теперь перейдем опять к городам. По-нашему — где есть город, там живут уже не дикари, где же множество городов, там народ должен быть образованный, занимающийся промыслами и торговлей; ибо без этих двух деятелей городская жизнь была бы очень не сладкая и горожанам приходилось бы погибнуть от голода и холода.

И так одно только безумие может произнести, что Славяно- Руссы были, во время призвания Варягов, номады! Славяне — эти некогда наставники Римлян и даже более древних их Греков.

Славянское происхождение этих императоров признано всеми, а по свидетельству Гамзы и Геннезия, и император Василий был также Славянин. Одним словом, величайшие императоры римские последнего времени были Славяне, и легионы их отечества играли главную роль в Риме и Византии, составляя собою лучшее войско. После этого весьма понятно, что Царь Иоанн Васильевич мог иметь причину выводить свое родство с римскими императорами.

А сколько было в Дании, Швеции и Норвегии королей славянского происхождения? В году на VI Вселенском Константинопольском соборе заседали и подписали этот собор славянские епископы. В году был даже Константинопольским патриархом Никита — Славянин родом. Доброгост, Всеград, Татимир, сенатор Онагост, отличавшийся пред всеми прочими, поверенный министр Дамиан, писатель Аммиан — все были славяне. Не станем говорить здесь о северных Славяно-русских героях и мудрецах, прославленных Скандинавами, оставляя этот предмет для своего места.

А когда, начиная уже с третьего столетия, Славяне могли быть полководцами, министрами, писателями, епископами, патриархами, даже императорами Римскими и Византийскими, отчего же это племя вдруг так огрубело, одичало, что в девятом столетии обрекают его к номадной жизни и к способности быть только челядинцами?

Спустя несколько времени после того Оскольд и Дир отправились из Новгорода в Киев и уже в году вооруженных судов Русских были под Царь-Градом. Оскольд сколько-нибудь времени ведь пробыл же у Рюрика, пока попросился в Византию, потом нужно было ему довольно времени на водяное путешествие от Новгорода до Киева, нужно было пройти сколько-нибудь времени на выписку из своего отечества кораблестроителей, еще более времени нужно было на построение этих кораблей, оснащение их и отплытие из Киева к Царь-Граду.

Чтобы сделать все это в два года, необходимо прибегнуть к русскому ковру-самолету и осуществить сказочную поговорку: Что же остается заключить, чтобы не допустить сказочных действий вместо исторических событий? Как легкомысленны те историки, которые заботятся только об осуществлении своих идей всеми возможными натяжками и забывают при том время, место и пространство.

По их мнению, устроить флот, научиться целому племени грамоте или даже сдвинуть огромный народ с родового места куда-нибудь в даль, за тридевять земель в тридесятое царство, так же легко, как подвинуть шашку по шахматной доске.

Что Славяне и Славяно-Руссы были знакомы с речным и морским плаванием, мы видим еще из следующих соображений:. Но как слово Щляг, Шляг и Сляг сохранилось и по сие время во многих губерниях в великороссийском наречии и означает перевозную лодку, то значит, что Руссы издавна занимались построением судов для речных сообщений. А за лет до P.

Должно ли после всего сказанного приводить здесь слова Рюкерта, утверждающего, что будто Славяне не любили зыбкой стихии морей и боялись ее непостоянства? Для того разве, чтобы сказать во всеуслышание, что такая выходка называется вообще неуважением к святыне и неприкосновенности исторических фактов, а в частности злонамеренною клеветою и невежеством!

Стыдно ученым го века действовать так безрассудно, пристрастно и злобно! Стали ли бы Византийцы нанимать трусов для своей защиты? Известно, что Вагры и Раны были страшны для всех своей храбростью. И Меларское озеро помнят Шведы, терпевшие там много горя от нападений Руссов. Даже Угры пришли в Европу под предводительством Славянских воевод, которых Германцы называют Boebodi.

Славянин Всегрд был в году предводителем византийских сухопутных войск против Персов Агапий. Славянин Радогост первый попытался напасть на Римлян — этих грозных до того времени победителей мира. Его примеру последовали многие.

В начале 6-го века Руссы черноморские неоднократно нападали на Греков. Историограф наш Карамзин сам себе резко противоречит, говоря о Славянах, населявших Русь.

Он называет их далекими от войны, мужества, довольными всем малым. Он этими словами повторил те же слова Шлецера, но старался только смягчить их, уничтожить их резкость; ибо далекими от войны и мужества бывают только трусы; довольными всем малым — номады. Если, по словам того же Карамзина, храбрость была врожденным свойством Славян, то она не могла быть им чуждою и на севере, в их отечестве.

Неужели же южный климат пробуждает врожденную храбрость, которая спит в человеке, живущем на севере, в огромных лесах, наполненных дикими зверьми, от нападений которых нужно защищаться? Кажется, что понимать должно обратно. Холодный климат требует большего движения и делает человека расторопнее, а южный клонит к неге и покою и тем усыпляет и деятельность и храбрость.

Излишние физические возбуждения, свойственные южному климату, не составляют еще условий храбрости. Прославляемый Скандинавами в Эдде герой Niord был Славянин венедского племени, а именно Нурянин из Нурской земли ; ибо славянская буква у, также ю у Скандинавов, всегда переменяется в io, как, например, люд — liod, тур — tior, блюдо — biord и проч.

Наконец, приведем еще одно обстоятельство: Болгаре — Руссы называют Россию дядею Иваном, по Иван-Озеру, у которого сидели в начале христианской эры Руссы и из которого вытекает Дон, последнее седалище Болгар в России. Император Анастасий для защиты себя провел длинную стену пред Царь-Градом и наконец волею и неволею этот Imperator, Caesar, Flavius, Iustinianus, Alamanicus, Gothicus, Francicus, Germanicus, Anticus, Alanicus, Vandalicus, Africanus, pius, felix, inclytus, victor et triumphator, semper augystus — униженно платит дань Болгарам-Руссам.

Надобно полагать, что они были не трусы, когда заставили трепетать пред собою гордую победами Византию, не находившую себе равенства в мире! Так, по сказанию Клементия Александрийского, прежде всех изобрели сталь Норопы или Норичи, жившие в Паннонии.

Славяне выделывали самые лучшие меха и кожи, особенно сыромятные, которые всюду были искомы. Плотничество, кузнечество, домостроительство, кораблестроение и горные работы были ими весьма известны.

В Данциге до сих пор употребляется экстракт, получаемый из золы букового дерева посредством выщелачивания и кипячения, употреблявшийся еще во время пребывания Славян в Гданске Danzig. В саксонском горном календаре на год сказано, что Славяне первые начали там обрабатывать руду и им принадлежали все первые горные разработки.

Даже технические горные названия сохранились там по сие время вендо-славянские. Например, Biihne от бинучь возвысить , Drum — от дречь драть , Flotz — от пложичь класть , Gopel — от гибачь двигать , Hunt — от гон гонт , Kalkow — от калков кров, то есть маленькая надстройка над шахтой , Sate — от десячь десять — означающее плетеную корзину, вмещающую в себе 10 мер уголья , Kutten — от кутло кутень, то есть место, где не видно жил руды , Kuks — от куск кусок , Mark — от мерка мера , Mulde — от мулда горное корьгго , Plautsch — от плавичь плавить , Rabisch — от рубачь зарубать метки , Schacht — от сход, Schurl — от жорло родник , Schwaden — от швад чад , Soole — от соль, Stufe — от ступье ступень.

Что это производство верно, то подтверждает не только ныне существующий живой язык Вендов, обитающих в горах саксонских, но и сами Саксонцы признают это Pfarrer Streiter. В Мекленбурге древнем Микилине , на южной стороне Толленского озера, в Приливце ныне Прильвиц , найдены медные истуканы идолов славянских; следовательно, Славяне занимались не одними горными работами, но и плавильным и литейным искусствами.

Оттона говорит о славянских храмах в Штеттине следующее: Не стыдно ли говорить, что Славяне были номады, невежды, на которых будто до пришествия мнимых Скандинавов не пало ни одного луча просвещения. Летопись Нестора потому уже заслуживает вероятия, что он начинает ее не сказкой, как просвещенные Греки и Римляне, а прямо с событий, незадолго до него случившихся и верно сохранившихся в памяти народа; поэтому он между общим введением и действительной летописью, как инок, добросовестно делает пропуск, отстраняя тем все, для него не совсем верное, и начинает сказание о Руссах, определяя год и соответствующие тому события в Византии.

Нестор называет Новогородские владения всем обильными; что же должно разуметь здесь под обилием? Не леса же и земли, — разумеется, все то, что дают промышленность и торговля. Вся цель войны Руссов с Греками была не что иное, как желание оружием вынудить для своей торговли выгодный договор. Это мы видим из торговых трактатов, заключавшихся после каждой войны. Но народ, ищущий с оружием в руках выгодных торговых условий, не может почитаться ни варварским, ни номадным.

А что Руссы действительно имели торговлю еще до призвания Варягов, явствует из того, что Олег, прибыв под Киев, назвался угорским купцом, желая тем завлечь Оскольда на свой корабль; следовательно, для Киевлян было уже обычным делом, что иногородние купцы приезжали к ним с товарами. Кроме того, мы знаем, что около Ладожского озера и Новгорода найдено множество куфических монет; иногда вырывали из земли целые кувшины с монетами, принадлежащими арабским Халифам и булгарским Саманидам.

Многие из этих монет принадлежат 7-му и 8-му векам. Их огромное количество свидетельствует, что они попали туда по пути торговли и в это же самое столетие; ибо у магометан почитается высочайшею властью бить деньги, а потому каждый владетель собирал монеты предшественников своих и заменял их своими.

По Днепру найдено множество арабских монет, в том числе и го года. Эта выходка необходима для поддержания мнений Шлецера, уже раскачавшихся на зыбком основании своем. А это не значит ли, что все развитие прирожденных, внутренних сил и способностей Славяно-Русского народа отнято у него и присвоено Скандинавам, едва ли более Китайцев участвовавшим в этом деле? По Мунху, Руссы говорили в этом веке скандинавским языком, стало быть, и летописи наши написаны на скандинавском языке?

Посмотрим, как Немцы будут читать славянскую грамоту, принимая ее за скандинавские руны! Германцы прошлого столетия считали Руссов и вообще всех Славян народом варварским, необразованным и не способным к образованию; они называли их пастухами, номадами, холопями 3 и ставили характеристикою народа невежество и зверство, требовавшие постоянного побуждения 4.

А как они тогда полагали, что свет, озаряющий всю Европу, излился из недр их самосветности, то и Шлецер, упоенный народным предубеждением, предположил, что Руссы должны быть обязаны Германцам своим просвещением, своею гражданственностью, своим строем и самобытностью. Но как сношения Германцев с Руссами не представляют никакого исторического материала, из которого бы можно было вывести, что Руссы заимствовали у них всю свою гражданственность, то Байер и Шлецер укрыли свою мысль под эгидою Скандинавов, причислив к ним, как к соплеменникам своим, и Варягов- Руссов.

Этим они думали оживотворить свою неподвижную, тяготеющую во мрак произвола идею, предсозданную исследованием и своду Русских летописей 5. Если Шлецер действительно не понял Русских летописей, то он слепец, напыщенный германскою недоверчивостью к самобытности Русских государств во времена дорюриковские; но если он проник сущностью сказаний и отверг таковые единственно из того, чтобы быть верным своему плану, то он злой клеветник! Но обратимся теперь к нашим историкам.

К сожалению, должно сказать, что некоторые из них смотрели в кулак Немцев и от того не стыдясь говорили, будто великая Россия была наследным достоянием Скандинавов и будто Рюрик занял ее как свою отчину, а не как призванный на престол самим народом; будто до времен Владимира обитали в ней немногие номады, называвшиеся рабами, отроками, хлапами, и будто Русские летописцы изуродовали эти слова в Словаков, Славян и приписали их народу, никогда не существовавшему.

Gak was mozno z hrobu wywesti? Byste uwideli neresti Narodu a hanbu swogjch wnuku Nam krew milau cizj ziesen chlasta, A syn slawy otcu neznage, Geste swogjm otroctwjm se chwasta! Можете ли вы восстать из гробов своих? Вы бы познали горесть народа и стыд ваших внуков. Чужая жажда испивает нашу кровь, и сыны, не зная славы отчей, величаются тем, что называют себя потомками холопов! Если Шлецер и почитал себя создателем высшей исторической критики, если он и мечтал, что вознесся в этой ветви учености на недосягаемую для других высоту, с которой мог дробить их, обращать своим приговором в сказку или самовольно присваивать тому или другому пароду; если его последователи и думают, что зажженный им светильник озарил лучами солнца всю Русскую историю, потому они смело могут еще более развивать, усиливать и подкреплять его скандинавоманию, имеют право лишать Русское юношество того благороднейшего чувства, которое рождается от высокого уважения к своим предкам - родоначальникам, то настанет еще то время, когда укажут им, что они прикованы к надиру, и потому не видят зенита; что восставленный Шлецером светоч над Русской историей давно догорел и померк и представляет одну головню, марающую священные листы истории!

Но благодаря усердным розысканиям некоторых отечественных тружеников на поприще истории открыто уже много древней славы Руси Славянской, и есть надежда, что скоро воссияет дохристианская Русь во славе Троян, Гетов-Русских ошибочно названных Этрусками и Македонцев - в славе наставницы древних Греков и Римлян и перестанет слыть отчим наследием Скандинавов! Настанет время, когда потрясут в основании гнилые столпы, поставленные для славяно-русской истории на скандинавском болоте, и укажут их место на огромном материке от Арала до Адриатики, от Каспия до Балтийского прибережья и от Черного моря до Мурманского!

Тaм колыбель этого великого доисторического народа, названного, как бы в насмешку, племечком скандинавским! Указание некоторых славянских названий, с их переладом на греческий, латинский, германский и скандинавский типы, как руководство для приведения и других исковерканных славянских имен к прототипу своему Ярослав - Iarysleif.

Святополк - Swantopluk, Zwentibold, Zwantipluk. Святобор - Suantibor, Suitibor. Ермак Тимофеев - Iermak Timofega. Моршанский - Mursianus 6. Девичья гора на Волге Diwizagora.

Каспийские горы - Aspisii montes. Святовид - Swenthowit, Swantewid. Гости купцы - Gosi. Городище - Gredischti, Gradissin, Gradisten. Острогожский уезд - Ostrogotsche Kreis 7. Новгород - Nowago, Nemogarda. Славяне - Stavani, Suoveni, Sklavi, Seklab. Так писали историки, довольно отдаленные от Славян; но вот пример, как описывает Болеслава храброго один германский современный ему священник, живший в Польше; Boleslaus primus, qui dictus est Sraba i.

Но чтобы иметь понятие о том, как Германцы толкуют еще и ныне значение некоторых русских слов и как они знакомы с Русской историей, географией, мифологией и бытом народным, мы приведем также несколько примеров, достаточно убедительных в этом деле и притом нисколько не подвергающихся сомнению.

Muschiks у них значит крепостные 8. Naczelnik - начальник инсурекции 9. Kosma Minin - русский бунтовщик Robot - барщина Pulk - отделение козаков Jaga - baba - богиня войны у Руссов Также не далее, как в самом конце минувшего столетия, а именно в х годах, мы встречаем сочинения, достопамятные верностью описания России и быта ее. Commerz-Geographie, где Россия разделена на восточную и западную; где западная состоит из провинций: Он утверждает также, что Дербент лежит в земле Самоедов, что С.

Но не думайте, чтобы сочинение Христиани было принято за дюжинное; нет, оно достигло второго издания и было чрезвычайно расхвалено в современных ему германских литературных газетах.

После этого можем понять, как судили о Русской истории и Байер, Мюллер и Шлецер, не знавшие основательно ни языка Русского народа, ни обрядов и обычаев, ни характера его в самом ядре населения. Но возвратимся опять к грецизированным славянским словам, рассеянным по разным историям.

Некоторые до того изуродованы, что скорее походят на китайские, нежели на славянские; иные вымышлены самими Греками и многие составлены из двух названий: Неизлишним будет прибавить здесь, что для возведения к прототипу своему некоторых племенных имен славянских, до сих пор еще не разгаданных, необходимо, кажется, справляться в областных словарях Русских.

У Славян есть обыкновение называть одних лапотниками, других махланами или зипунниками, третьих аланниками. Ho приведем здесь несколько таких названий и поставим их в параллель с племенными названиями славян в историях греческих и римских.

Алань - низменное место, удобное для пастбища и покоса, производное от того слово: Аланники -Алане занимающиеся скотоводством Alani.

Зипунники - Zipani, Sipani. Какатцы от какаты - башмаши из бересты Zaccati. Кисыне от кисы - оленьи сапоги Kissini. Курпинники от курпин - лапти из охлопьев - Carpiani.

Курпы носящие башмаки с пряжками Carpi. Лунтайники носящие сапоги из оленьей шкуры Lantani. Махланники носящие зимние шапки с ушами Melanchlani. Нярыняне от няры - валеные сапоги Neuri, Nerinani. Раншина мореходное судно Rani. Сколоты хлопотуны Scoloti так названы у Геродота Скифы. Струсни носящие башмаки с ушками Sturni, Strusi. Харпайники носящие сырые кафтаны Carpagi. Чепани носящие казакины Cepini. Шабэра носящие балахоны из толстого холста Sabiri. Кажется, что из упомянутых одежд и обуви каждая принадлежит у нас в России особой местности.

Может быть, кто-нибудь займется подробным исследованием этого предмета и, определив местность племен Греками и Римлянами упоминаемых, найдет, что она совпадает с местностью приведенных здесь русских названий, и тем обратит нашу догадку в факты исторические. Заметим при этом, что главная ошибка большей части изыскателей местностей славянских состояла в том, что они концентрировали все свои разыскания преимущественно около Дуная, тогда как нужно обращать внимание и на дальний север, ибо между Финским заливом и Белым морем также сидели и Унны, и Руссы, и Алане, чему подробнейшие доказательства мы приведем впоследствии.

Славяне Откуда производят Славяне то нарицательное имя свое - от слова или от славы? Стыдно вспомнить, что некоторые из наших отечественных историков колеблются в произведении этого имени от славы, выставляя как-то нерешительно и слово и славу корнем ему.

Имена лиц, городов, рек и других урочищ, даже улицы носят на себе отпечаток того, что слава и честь были постоянной стихией характера Руссов и их соплеменников. Мы даже находим во многих древнейших песнях слова: Самое море хвалисское получило свое название от похвальбы.

Греки и Римляне называли хотя Славян вначале и различно, а именно: Stavani, Stlavani, Suoveni, Slavi, Slavini, Sklavini, но буква а, господствующая во всех этих видах, кроме слова Suoveni, ведет к тому же заключению, что корнем этому прозванию служила слава, а не слово. Dubravius то же доказывал, говоря: Производящие название Славян от слова должны бы были обратить внимание на то, что Славяне и Словене суть имена нарицательные.

Но первое может принадлежать одному, двум, трем или более племенам; однако же нет необходимости, по словопроизводству, чтобы оно принадлежало всем племенам без исключения.

Название же Словене должно быть общим, между тем как по истории оно есть действительно частное, присвоенное себе славными. Название Славян существует с давних времен. Главное племя Мизии и Македонии состояло из Славян. Страна их называлась Славиниею. Самыми же первыми поселенцами этой страны были Пеласги, которые по несомненным доводам г.

Черткова, в исследовании Пеласго-Фракийских племен, оказались также Славянами. Дальнейшим подтверждением того, что Македонцы действительно были Славяне, пусть послужит следующее: А вскоре после того одна часть их снова переселилась на Ильмень и Ловать.

Македонцы имели, кажется, достаточный повод назваться славными. Но чтобы убедиться фактически в том, что Славяне произвели это название от славы, рассмотрим несколько собственных имен славянских, принадлежащих лицам, городам и разным урочищам, в составление которых вошла слава как общее основание, около которого вертятся все действия народа; например: Сюда же можно отнести и Чести-бор, Хвалисы и Хвалисское море, иными называемое Хвалынским.

Возможно ли допустить хотя бы тень сомнения в том, что все эти имена были произведены от славы? В первом случае каждое имя выражает особое отношение славы к житейскому быту, а во втором все эти имена означали бы бессмыслицу. Мы видим, что Стефан, Князь Сербский, получил от славян еще придаточное имя Доброслав, как эпитет его характера. Предположив и, кажется, безошибочно, что все приведенные нами имена суть эпитетные, мы еще более убеждаемся, что они произведены от славы.

И вообще эти эпитетные имена Славян образовались на том же пути, как у иностранцев прозвища: Но поставьте в параллель Славянские эпитетные имена с иностранными: Но дабы сильнее подтвердить, что в славянских именах заключался почти всегда не только глубокий смысл, но и характеристика народа образованного, приведем здесь несколько примеров. Имена, свидетельствующие о гостеприимстве Славян: Сюда же должно отнести и название заезжего купца - гостем, свидетельствующее, что славяне покровительствовали и торговле.

Имена, свидетельствующие о миролюбии славян: Буди-мир, Брани-мир, Драго-мир, Радо-мир, Рати-мир. Имена, свидетельствующие, что качества душевные были высоко чтимы Славянами: Имена, свидетельствующие геройство, быстроту и властолюбие: На что нам тут сказания разных историков о характере и духе славянских племен; все это ясно видно из имен славянских, дышащих высокою, разумною жизнью. Но для поверки нашего вывода приведем слова древних писателей: Геродот говорит, что достойнейшие люди, каких он только знал лично, все были Скифы.

Что Скифы никто иные, как Славяне, мы старались объяснить в статье: Скифы, Сарматы и пр. Прокопий говорит, что Славяне не злы и не хитры, но откровенны и добродушны. Самые даже враги Славян Маврикий и Гельмольд утверждают, что Славяне к чужим странникам были благонамеренны и заботливы и всюду их провожали. Следовательно, и у иностранных историков главная черта славян состояла в простоте без злоухищрений и обманов, в откровенности, услужливости и человеколюбии, Далее из истории мы видим, что законы и обычаи Славян дышали добром, что они верили в бессмертие души и в воздаяние в будущей жизни.

В числе древнейших Славянских законов и постановлений было и то, что каждый пленник, в чьих бы он руках ни был, пользовался независимостью, ступив на Славянскую землю. Этот образ мыслей, которым кичится Англия в настоящее время, составлял прирожденное чувство Славян более, нежели за две тысячи лет до нашего времени. Такое человеколюбие могло бы сделать честь и просвещеннейшим тогда Грекам и Римлянам, но, к сожалению, оно было чуждо этим просвещенным, но по образу действий своих варварским народам.

Германцы поступали с своими пленниками не лучше Римлян; они всех покоренных ими Славян обратили в рабов, и остатки этого рабства сохранились и по сие время в сильной степени в Оснабрюкском округе в Ганновере, в Силезии и во многих других местах Германии.

В заключение скажем, что Славяне никогда не заимствовали имен для себя у иностранцев, напротив того, Германцы и Скандинавы ввели в свой быт множество славянских имен, как, например, Ratwald Радовлад , Ragnwald Роговлад или Рогволод , Welemir Волимир , Zwentibold Святополк и множество других. Но, впрочем, над какою истиною ни трудился ум человеческий или, лучше сказать, его неразумие, чтобы поколебать ее в своем основании; может быть, и теперь найдется какой-нибудь новый Байер, который станет доказывать, что Славянское имя Осмомысл произошло от шведского Osmak противный запах.

В дополнение всего, сличим теорию составления Славянских имен с таковою же у номадных народов; мы найдем тут, что у последних собственные имена состоят из подражания случайно до них дошедшим звукам или выражают предметы, самые обыкновенные из жизни человеческой, близкие иногда даже к хрюканью и мяуканью. Для примера приведем рассказ одного немецкого путешественника в ордах Киргизских: В это время пропала у путешественника его собака, воротившаяся через три дня опять домой.

Путешественник, увидав свою собаку, воскликнул: Это произнесено было в присутствии Киргиза, который, вслушавшись в означенные слова, тотчас нарек сыну своему имя Биштуда. Когда путешественник спросил хозяина своего, отчего он назвал так сына, тот отвечал, что он выжидал, когда услышит какое-либо слово, нравящееся ему, чтобы обратить таковое в имя сыну своему, и, слышав сегодня это слово от него, воспользовался им.

После всего этого только невежда может утверждать, что в 9-м веке Славяне были номады! Нет, не приводя никаких других доказательств, нам служат одни уже имена славянские характеристикою их и свидетельствуют о глубоком их мышлении; а такое основательное и многостороннее мышление, в свою очередь, доказывает, что славянский народ за много веков до того времени был уже на высочайшей степени образованности, что подтверждается и, с другой стороны, богатством славянского языка и развитием его слова.

Заключим это рассуждение тем, что слава славных не пройдет от зависти и клеветы неразумных врагов их! Не станем опровергать этого мнения голословно, но постараемся привести столько фактов, чтобы достаточно было для убеждения каждого в том, что у Славяно-Руссов грамотность древнее, нежели у всех западных народов, даже древнее грамотности римской и греческой.

А что у Славян была грамотность не только до общего введения между ними христианства, но и задолго до Рождества Христова, в том свидетельствуют акты, возводящие грамотность Славяно- Руссов от десятого века назад - до глубокой древности, чрез все темные периоды истории, в которых изредка, кое-где, но ясно проглядывает элемент Славяно-Русского народа с его характеристическим типом.

Славяне погани то есть идолопоклонники суще чертами и резами чтяху и гатаху. Кирилла, в списке, хранящемся в Рыльском монастыре, сказано, что он прежде отправления в Моравию был в Херсоне и: Это обстоятельство согласно и с церковной историей, говорящей, что Руссы Черноморские имели уже свою церковь в 4-м веке. Это значит, что законы Чехов были уже писаные. Корень этого слова сохранился по сие время в словах: И вообще в скандинавских сагах Винетов называют образованными людьми.

Только наши доморощенные скептики, кончившие изучение истории еще в школе, уверяют, что все руны должны быть скандинавские. Но прочли ли эти велемудрые толковники хотя одну руническую надпись? Видели ль хотя бы одну? И сам Шлецер - этот отвергатель всего, возвышающего Славян над другими народами, не смел не согласиться вследствие свидетельства Геродота и других греческих писателей, что многие скифские племена знали грамоту и что и сами Греки приняли алфавит от Пеласгов, народа также скифского, или, что все равно, славяно- русского происхождения.

Из всего, здесь выведенного, явствует, что Славяне имели грамоту не только прежде всех западных народов Европы, но и прежде Римлян и даже самих Греков и что исход просвещения был от Руссов на запад, а не оттуда к ним. И если что остановило на время просвещение Руссов, то это были периоды губительных нашествий Персов, Греков, Римлян, Монголов, истреблявших все огнем и мечом; равно внутренние раздоры, оканчивавшиеся всегда всеистребляющими пожарами; периоды, в которые утратили Славяно-Руссы не только свои драгоценности вещественные и вынуждены были вводить у себя на время кожаные деньги, но и сокровища литературные, на которые мы встречаем намеки в разных позднейших сочинениях, которыми, по-видимому, пользовался отчасти и творец игориады, и которые в искаженном виде сохранились в изустном предании народа уже в форме сказок, но сохранивших еще всю пиитическую красоту свою и силу в тех местах, где гладкостью и звучностью стиха он невольно залегал в памяти каждого.

Таково на примере описание красавицы или коня, которое нисколько не уступает описанию коней Ахиллесовых в Илиаде. Теперь перейдем к рассмотрению Троянского народа. Известно из истории, что Трояне назывались сперва Пеласгами, потом Фракийцами, после того Тевкрами, затем Дарданами и, наконец, Троянами, а остатки их после падения Трои Пергамлянами и Кемеянами; ибо Кемь и Пергам построил Эней после падения Трои и в них поселились Трояне, избежавшие гибели в Илионе.

Эти факты заимствованы как у греческих и римских историков, так и из самой Илиады. Греки называют Троян, Македонцев и Фригиян Фракийцами, да и сами Трояне так же называют себя, а вместе с тем и подвластных себе Фригийцев и союзных Македонцев.

Если бы мы даже и не знали, что Фракийцы происходят от Пеласгов, то и тогда на вопрос, кто же были фракийцы, мы отвечали бы по историческим фактам так: Кроме того, Фракийцы носили чубы, как Малороссияне; могилы у них делались насыпью, как вообще у всех Славян; при погребении покойников соблюдались все славянские обряды и даже нанимались плакальщицы.

На бой они выходили преимущественно пешие; вооружение у них было славянское. Это подтверждается всеми древними историками; следовательно, Фракийцы должны были быть Славяне. Но теперь, имея выводы Apendini о том, что Фракийцы и Македоняне говорили славянским языком, и подробнейшие выводы Г.

Черткова о Пеласго-Фракийском племени, мы убеждаемся несомненно, что Фракийцы были славяне, следовательно, и Трояне также Относительно славянства последних заметим еще в дополнение, что два сына Приамовы носили имена чисто славянские, а именно Троил и Дий.

Первое имя сохранилось у нас на пушке, стоящей в Московском Кремле; другое известно из славянской мифологии. Кроме того, военные игры, введенные Троянами в обычай италийцев, названы этими Trojani ludi Трояни люди. Рассмотрим теперь, к какому племени Славянскому принадлежали Трояне. В Троянских владениях была река Рса или Раса. Везде, где сидели Руссы, мы находим и реку этого имени. Нынешний Аракс есть древняя Рса; по географии того времени означают тут народ Рось и страну того же имени, названных впоследствии Скифами.

Волга также называлась Рсою, когда подвинулись к ней из-за Каспийского моря Руссы и Унны; это же имя сохранила река Руса или Порусье в Новогородской губернии, где сидела Русь алаунская древнейшая; река Рось, впадающая в Днепр, где сидела Русь Днепровская или Поросяне; Русское море или Черное, где была Русь черная; река Руса в Моравии, где сидят и теперь Русняки; река Руса, составляющая правый рукав Мемеля или Немана, называвшаяся, как говорит предание, этим именем от самого истока своего, по которой сидела, по всему ее течению Русь алаунская, перешедшая со старого жилища на новое место, дошедшая наконец до взморья и распространившаяся по нему налево до Русни, что ныне Фриш-Гаф 17 , а направо, вероятно, вверх по всему заливу, где и названа она поморскою.

Это заставляет заключить, что и в Троянских землях сидела некогда Русь, следовательно, хотя часть Троян была племени Русского.

Но обратимся теперь к надписи на могильном камне Энея. Эта надпись разобрана и прочтена Г. Воланским верно, что может каждый желающий проверить сам на помещенном здесь в приложении снимке с нее. В этой надписи Эней призывает для охранения дома своего и детей высшее божество, называя его высшим божеством России - Эзменем. У древнейших Славян действительно почитался высшим божеством Ясмень, называемый иначе Язмень, Яшмун и Шмун, а те, которых почитали происшедшими от него, назывались Яси, Язи или Азы.

Из этого выводится следующее: Что Эней троянский был не только Славянин, но именно Русс. Что, следовательно, и жители Илиона были Руссы. Что Язики - уменьшительное слово Язей - пересозданные неведением новейших историков в Язигов, Яцигов, а у некоторых племен Славянских - сообразно наречию их - в Ящагов, от Яшмуна, должны также происходить от Руссов.

Это подтверждается еще и тем, что Язи или Язики были постоянно неразлучны с Роксоланами, то есть Руссами алаунскими, или аланными, что нами подробно объяснено в статье о Руссах и Аланах. Теперь обратимся к доказательствам того же предмета, но с другой точки воззрения. В песне о полку Игореве между прочим сказано: Абы ты сиа полки ущекотал, скача славию по мыслену древу, летая умом под облакы. Что певец Игоревых полков называет какого-то Бояна соловьем старого времени - это значит певцом давно минувших времен.

Следовательно, Боян или описывал только древние события, или и сам принадлежал к числу древних поэтов. Но что Боян был древний поэт, мы видим из следующих текстов: Если переведем это на современный наш язык, то выйдет в первом выражении: Что должно подразумевать здесь под словом - древо?

Нет сомнения, что это слово не представляет собою ни параболы, ни гиперболы риторической, а есть простое указание на то, что Боян писал еще до изобретения папируса, а потому писал, по тогдашнему обыкновению, на деревянных дощечках, на каковых писали некогда и Руссы, по свидетельству Ибн- Эль-Недима.

Следовательно, Боян был древний поэт, ибо писал еще на дощечках и, может быть, резами и чертами, как говорит черноризец Храбр о письменах Славянских Далее мы находим в тексте Игориады: А так как у нас из стихотворений о Трое только и есть одна Илиада, то мы можем не только предположить, но и утвердительно заключить, что Боян писал Илиаду. Ошибочно заключил наш покойный историограф П.

Можно ли воспеть что в чей бы то ни было путь? Поют в склад и лад другого, но не в путь. Притом и самое правописание говорит, что речь идет о чем-то троянском, а не Траяновом.

Итак, Илиаду писал Боян, а не псевдоним Омир. На это нам отвечает текст Игориады в двух местах: Притом же греки в продолжение трех столетий от покорения Трои не знали об этом сочинении; неужели оно могло бы так долго укрываться от них, если бы было их туземное? Хотя семь городов греческих и спорили о месторождении творца Илиады, но потому только, что в каждом из них найдено по несколько вариантов тех же кемеянских или кемских песен, которые легко могли зайти туда из Кеми, бывшей впоследствии во власти Греков.

Следовательно, Боян или Омир мог быть и не Грек родом и действительно он был Кемеянин, что подтверждают и сами Греки, говоря, что слово Омир не есть имя певца, а означает будто бы на кемеянском языке только слепца. Вот тут сами Греки говорят, что Илиада первоначально написана была не на греческом языке, иначе не могло бы иностранное для Греков слово, означающее не более как слепца, попасть в оглавление греческого стихотворения.

Поставив всеми этими доводами факт исторический, присвоенный Греками в пользу своей истории, в чисто нейтральное положение, продолжим наши выводы. Имя Кеми, месторождения Илиады не только не чуждо славянскому миру, но даже повторяется и в самой России в разных местах, как, например, Кем-пно, городок в познанском округе, Кем-тендей, река в Иркутске, Кемь, уездный город архангельской губернии, озерко Кемское и речка Кемь в той же губернии, и несколько деревень того же имени.

Теперь возьмем опять для доводов Игориаду. Мы в ней далее читаем: Здесь сочинитель Игориады называет Бояна, певца Илиады, Велесовым внуком. Но Велес или волос был божество у Руссов, покровительствовавшее коням и волам. По этому певец Илиады, то есть Боян, должен был быть Руссом. Далее в Игориаде мы читаем: Уже пустыни силу покрыли. Встала обида в силах Даж- бога внука, вступила то есть обида девою на землю Трояню, всплескала лебедиными крылы на синем море, у Дона плещучи; убуди жирня времена.

Усобица князем на поганыя погибе, рекоста бо брат брату: Здесь автор говорит о тяжких временах, приводя в доказательство тому, что пустыни покрыли те места, где прежде процветала сила народная.

Что прибрежья синего моря были некогда заселены Славяно-Руссами явствует уже из преданий, сохранившихся в народных песнях и сказках, переносящих весь быт востока славянского на синее море, подобно тому как запад славянский концентрируется Дунаем.

Ответ выводится сам собою следующий: Что Троя и Русь заняты были не только одним и тем же народом, но и одним его племенем; следовательно, Руссы были Трояне или Трояне были Руссы.

Но как огромнейшее племя Руссов не могло все совместиться в Трое, а часть Руссов могла построить Илион, притом прозвания: Трояне, Дардане, Тевкры, Фракийцы и Пеласги не суть собственные имена народа, а только нарицательные, как мы видели выше, следовательно, Руссы есть племенное название народа, заселявшего Трою. Это подтверждается, в избыток, еще и тем, что Трояне и Руссы имели одну общую мифологию, однозвучные и часто одинаковые имена, одинаковое оружие, обряды и обычаи.

Далее автор Игориады выводит, в каком виде вступила обида в земли Русские: Из этого явствует уже несомненно, что Трояне были никто иные, как Руссы. Далее автор Игориады говорит: К чему вошло здесь летосчисленне Троянское в таковое ж Русское? Хотя трудно вывести из этого исходную точку летосчисления, давно былого, взятого от Троян; однако же несомненно должно заключить, что у Руссов и Троян было оно некогда общим и начиналось, вероятно, построением Трои, следовательно, опять тот же вывод, что Троя была Славяно-русская.

Этот вывод согласен будет и с доводом г. Воланского, полученным на пути, совершенно отличном от нашего, что Эней был Русс. Кроме того, имя Энея мы встречаем у славян, как, например, Эней- Сильвий, Чешский историк г. Юней - имя болгарское, часто встречающееся и теперь у Болгар.

Нет никакого сомнения, что Илиада на отечественном языке нашем была не у одного творца Игориады в руках, а у многих Руссов, но с нашествиями половцев, Монголов и почти всеобщим сожжением городов русских этот драгоценный древнейший памятник народной славы погиб безвозвратно.

Но, впрочем, если бы кто вздумал отыскивать древний список Илиады, тот должен искать его преимущественно начертанным на деревянных дощечках или на пергаменте, изобретенном в Пергаме, городе построенном Энеем. Но, впрочем, он мог существовать и в позднейших списках. Греция, достигши высшего своего образования, не могла достигнуть в творениях своих псевдонима, Омира, как же приписывать ей Омира в те времена, когда она была еще народ почти варварский.

Просвещение Греции началось только со времени падения Трои. Хотя впоследствии Греки и написали уже сами Одиссею, но она, несмотря на свое позднейшее появление, суха, местами шероховата, наполнена слишком грубыми вымыслами и очень растянута бесцветными картинами. Одиссея есть образец греческой поэзии, не выдерживающей параллели с Илиадою славянской.

Это от того, что Славянам более свойственна поэзия, нежели всем прочим народам; можно даже сказать, что она составляет прирожденное их свойство. Возьмите любую чисто Русскую сказку и вы найдете в ней какое-нибудь место, дышащее высокой поэзией, например описание коня, красавицы - так, что невольно согласитесь, что это отрывок из поэмы. Конечно, почти все остальное в сказке уже изуродовано в изустном предании народа: Поэтому мы можем полагать, что много древних стихотворений обратилось в народные сказки, утратив в изустном предании красоты свои и сохранив их только в тех местах, которые по свойству своему у всякого легко залегали в памяти.

Видно и по истории, что просвещение Греции началось много спустя после покорения Трои. Та первая заимствовала образцы гражданственности, благоустройства и образования, подобно тому, как западные народы начали просвещаться после крестовых походов. Бодянского, взятые нами из предисловия его к переводу истории Червоной или Галицкой Руси, сочинения г.

Такая история, конечно, умерит несколько безотчетное поклонение истории западных народов, единственных, мол, действователей, покажет каждому, кто только нарочно не станет закрывать глаз своих, что и мы Русские, взятые все вместе, жили своей самостоятельной и самообразной жизнью, тут ровной и плавной, там бугристой и кипучей, а там самой огненной и бурной, смотря по обстоятельствам, вызывавшим ту или другую сторону нашего народного характера, то или другое наше племя; что и у нас разыгрывалась когда-то не хуже иных драма со всеми ее излучинами, неровностями и шероховатостью, что и мы были деятели, только деятели по-своему.

А потому нас нельзя мерить мерилом Запада, судить и рядить по случившемуся и случающемуся там, требовать и от нас того, что там было доброго или худого, заставлять не только теперь, но даже и в прошедшем плясать по чужой дудке и погудке и, не находя сходного или не в таком обилии, виде и т.

Конечно, мы, может быть, еще долго не дождемся нового Карамзина, предвещенного нам г. Бодянским, но на всех нас лежит обязанность приготовлять для будущего нашего историка, хотя некоторые мелкие детали, могущие войти в великий чертеж Русского народа. Этих деталей можно извлечь множество из летописей и памятников. Причина, по которой история Славяне-Руссов дохристианского времени так темна в общих летописях, заключается, во-первых, в том, что греческих и римских историков занимали преимущественно войны, грабежи, сожжения и истребления и они мало заботились о мирных добродетелях граждан; от этого Славяне, народ мирный, трудолюбивый, любящий домашнюю жизнь и хозяйство, так поздно вошел в очерк истории народов.

Только мельком кое-где проглядывают светлые точки, озаряющие Славян. Эти светлые места произошли большею частью от бурных столкновений Славян с затронувшими их соседями. Во-вторых, Греки никогда не заботились узнавать настоящего имени сторонних для себя племен и называли их как кому вздумается.

От этого часто встречаются такие названия, которые или означают только одежду того племени, или промышленность, или даже бранное название соседей - с переводом этих названий или и без перевода на греческий язык. Новейшие германские историки стараются и эти блестящие точки, выказывающие славянский элемент возвышенным пред другими, затмить отвержениями, подозрениями и, наконец, бессовестною и беспримерною в ученом мире ложью.

Но, к счастью, имеем мы двоякого рода источники к воссозданию древнего славянского мира: Эти источники нужно сперва уничтожить, дабы дать возможность провозглашать дерзкую ложь и искажать величие и достоинства великого народа - великого не по счислению, а по делам своим в продолжение трех тысячелетий! Доколь целы эти источники, дотоль будут находиться и люди, готовые защищать истину от нападений и очищать историю от втиснутых в нее бессмысленных и невежественных толкований.

К сожалению, должно сказать, что и некоторые славянские писатели, как Карамзин, Добровский и другие, ведомо или неведомо, но несовершенно чужды этого греха.

Но, может быть, эти ученые боялись идти против тогдашних мнимых авторитетов. Можно бы дозволить себе вставлять в историю свои собственные догадки и заключения, но там только, где они согласны с здравым рассудком и вместе с тем не противоречат источникам и не опровергают их.

Славяне в России жили рассеянно, как звери и птицы, и не могли иметь своих Князей. Он сравнивает их с американцами при Онтарио, с Киргизами и Каракалпаками.

На основании Шлецеровских безотчетных идей, его последователи отвергли все достойное внимания у Славяно- Руссов и сообща признали их за безнравственных, зверообразных людей, трусов, не имеющих понятия ни о городской жизни, ни о промышленности и торговле.

Постараемся опровергнуть все эти мнения по частям. Некоторые из наших историков, опираясь на мнения Шлецера, утверждают, что Новгород построен во время пришествия Варягов, другие же полагают, что это случилось даже позднее. Наши выводы доказывают, что он построен за несколько веков до призвания Варягов и что мнение Шлецера основано на чистом произволе, вопреки всем летописям и сказаниям, вопреки даже здравому смыслу.

Предположение, что народ, имеющий города и торговлю, может быть номадным, есть химера, не заслуживающая никакого внимания, а человек, мыслящий подобным образом и изъявляющий при том претензию на мудрый критицизм в своем определении, походит на ребенка, почитающего море за лужу, по которой он свободно бродить может. В таком мнении нет ни малейшего отблеска учености и рассуждения, и вместо света оно разливает мрак, больший прежнего, на историю. Постараемся же теперь доказать, что Руссы и вообще все Славяне имели множество городов, знали грамоту, многие ремесла, занимались хлебопашеством, заграничною торговлею И имели свои флоты, следовательно, вели жизнь не только гражданскую, но и строго политическую.

Разберем все это по частям. Города Что Славяне, населявшие Россию в году, имели множество городов, явствует из летописей русских, греческих, латинских, немецких и скандинавских; приведем здесь некоторые места из таковых.

Имя Переяславля свидетельствует, что Славяне Русские заботились еще до пришествия Варягов о славе своей. Когда Ольга осадила Коростень, то велела объявить жителям его, что уже все города древлянские сдались. Следовательно, и Древляне это грубейшее славянское племя, имели много городов, ими самими построенных. Некоторые Византийские историки говорят, что Киев построен в году, другие же утверждают, что он построен до Р.

Он же говорит, что в году Новгород был покорен Готами. Вот уже лет существования этого города до призвания Варягов. Прокопий и Иорнанд говорят, что Славяне строили прочные деревянные дома и укрепленные города; первые привязывали их к земле, а последние служили обороною от неприятелей. Эти Славяне, насильницы Германцев, шли из России и несли с собой ее искусство, а по Шлецеру они были номады. Если в то время город Гелонь был уже славный, то построение его должно отнести, по всему вероятно, по крайней мере, к одному времени с Римом, если не ранее.

Мы знаем, что Gaard - значит город, Gaarda - города, rikr - царство. Скандинавы сами же отвечают, что это Ryszaland, то есть земля Руссов. Что же удивляло Скандинавов, когда они бывали в Ризаландии?

Множество городов и укреплений, то есть то, чего не было у них самих, или недоставало им; ибо если бы у них было столько же городов, как и в Ризаландии, то незачем и давать ей эпитетное название Gaarderikr. Следовательно, когда Скандинавия не имела еще городов или и имела, но весьма мало, то Россия обиловала ими уже чрез меру, так что заслужила в глазах их название царства, состоящего из городов.

А что Россия была не только не скандинавского племени, но и не подвластна Скандинавам, это видно из того, что они называют ее не волостью своей, а царством, следовательно, отдельным владением, состоящим из множества городов, а по имени землею Руссов.

Нe излишним будет присовокупить здесь, что на пространстве нынешней России, в стране Будинов и в разных других местах, были значительные торжища в городах, на которые съезжались купцы всех стран, следовательно, и Греки как народ, сильно занимавшийся торговлей. Скандинавские купцы ездили тогда в город Girkhia, Girkha, который новейшие историки принимали сперва за Грецию, а после уже стали говорить, что Скандинавы называли Россию Грецией.

Судя по тому, как Скандинавы вообще ломали славянские слова, должно думать, что это город Карга, который, вероятно, получил вторую половину своего названия - поль - от тех же греческих купцов, ездивших туда торговать. Но принятие слова Girkhia за Грецию дало некоторым повод толковать, что будто Скандинавы ездили из своего отечества прямехонько в Византию, причем они, вероятно, забывали, что Скандинавия отстояла от Греции и тогда на столько же, как и теперь.

Эта же мысль, без сомнения, весьма ошибочная, вызвала за собой другую себе подобную, что будто Русь была подвластна Скандинавам; ибо, думали себе следователи, нельзя же Шведам так свободно разгуливать по чужой земле.

Так лепили Скандинавоманы к первой ошибке вторую, третью и наконец дошли до того, что провозгласили Россию скандинавским наследием, скандинавскими колониями Rukert и довели наконец до того, что хотят нас уверить, будто все Руссы в м столетии говорили еще скандинавским языком Munch.

Остается ожидать от них еще, что станут уверять нас, будто настоящий язык наш есть наречие скандинавского, или что мы, Руссы, переняли славянский язык у перелетных птиц. Но об этом поговорим еще в своем месте побольше, а теперь перейдем опять к городам. По-нашему - где есть город, там живут уже не дикари, где же множество городов, там народ должен быть образованный, занимающийся промыслами и торговлей; ибо без этих двух деятелей городская жизнь была бы очень не сладкая и горожанам приходилось бы погибнуть от голода и холода.

И так одно только безумие может произнести, что Славяно-Руссы были, во время призвания Варягов, номады! Славяне - эти некогда наставники Римлян и даже более древних их Греков. Знаменитые люди из Славян Более двадцати Славян возведено было на престол Римский; упомянем имена хотя бы некоторых: Славянское происхождение этих императоров признано всеми, а по свидетельству Гамзы и Геннезия, и император Василий был также Славянин.

Одним словом, величайшие императоры римские последнего времени были Славяне, и легионы их отечества играли главную роль в Риме и Византии, составляя собою лучшее войско. После этого весьма понятно, что Царь Иоанн Васильевич мог иметь причину выводить свое родство с римскими императорами. А сколько было в Дании, Швеции и Норвегии королей славянского происхождения? B году на VI Вселенском Константинопольском соборе заседали и подписали этот собор славянские епископы.

В году был даже Константинопольским патриархом Никита - Славянин родом. Доброгост, Всеград, Татимир, сенатор Онагост, отличавшийся пред всеми прочими, поверенный министр Дамиан, писатель Аммиан - все были славяне. Не станем говорить здесь о северных Славяно-русских героях и мудрецах, прославленных Скандинавами, оставляя этот предмет для своего места.

А когда, начиная уже с третьего столетия, Славяне могли быть полководцами, министрами, писателями, епископами, патриархами, даже императорами Римскими и Византийскими, отчего же это племя вдруг так огрубело, одичало, что в девятом столетии обрекают его к номадной жизни и к способности быть только челядинцами?

Мореходство и кораблестроение Славян В м году призваны Варяги в Новгородскую область. Спустя несколько времени после того Оскольд и Дир отправились из Новгорода в Киев и уже в году вооруженных судов Русских были под Царь-Градом. Из этого выводятся следующие заключения: Оскольд сколько-нибудь времени ведь пробыл же у Рюрика, пока попросился в Византию, потом нужно было ему довольно времени на водяное путешествие от Новгорода до Киева, нужно было пройти сколько-нибудь времени на выписку из своего отечества кораблестроителей, еще более времени нужно было на построение этих кораблей, оснащение их и отплытие из Киева к Царь-Граду.

Чтобы сделать все это в два года, необходимо прибегнуть к русскому ковру-самолету и осуществить сказочную поговорку: Что же остается заключить, чтобы не допустить сказочных действий вместо исторических событий? Как легкомысленны те историки, которые заботятся только об осуществлении своих идей всеми возможными натяжками и забывают при том время, место и пространство. По их мнению, устроить флот, научиться целому племени грамоте или даже сдвинуть огромный народ с родового места куда- нибудь в даль, за тридевять земель в тридесятое царство, так же легко, как подвинуть шашку по шахматной доске.

Что Славяне и Славяно-Руссы были знакомы с речным и морским плаванием, мы видим еще из следующих соображений: Но как слово Щляг, Шляг и Сляг сохранилось и по сие время во многих губерниях в великороссийском наречии и означает перевозную лодку, то значит, что Руссы издавна занимались построением судов для речных сообщений А за лет до Р. Должно ли после всего сказанного приводить здесь слова Рюкерта, утверждающего, что будто Славяне не любили зыбкой стихии морей и боялись ее непостоянства?

Для того разве, чтобы сказать во всеуслышание, что такая выходка называется вообще неуважением к святыне и неприкосновенности исторических фактов, а в частности злонамеренною клеветою и невежеством! Стыдно ученым го века действовать так безрассудно, пристрастно и злобно!

Воинственность Славян С начала 6-го столетия славянские войска служили по найму у Византийцев. Стали ли бы Византийцы нанимать трусов для своей защиты? Известно, что Вагры и Раны были страшны для всех своей храбростью. И Меларское озеро помнят Шведы, терпевшие там много горя от нападений Руссов. Даже Угры пришли в Европу под предводительством Славянских воевод, которых Германцы называют Boebodi.

Славянин Всегрд был в году предводителем византийских сухопутных войск против Персов Агапий. Славянин Радогост первый попытался напасть на Римлян - этих грозных до того времени победителей мира.

Его примеру последовали многие. В начале 6-го века Руссы черноморские неоднократно нападали на Греков. Историограф наш Карамзин сам себе резко противоречит, говоря о Славянах, населявших Русь. Он называет их далекими от войны, мужества, довольными всем малым.

Он этими словами повторил те же слова Шлецера, но старался только смягчить их, уничтожить их резкость; ибо далекими от войны и мужества бывают только трусы; довольными всем малым - номады. Если, по словам того же Карамзина, храбрость была врожденным свойством Славян, то она не могла быть им чуждою и на севере, в их отечестве. Неужели же южный климат пробуждает врожденную храбрость, которая спит в человеке, живущем на севере, в огромных лесах, наполненных дикими зверьми, от нападений которых нужно защищаться?

Кажется, что понимать должно обратно. Холодный климат требует большего движения и делает человека расторопнее, а южный клонит к неге и покою и тем усыпляет и деятельность и храбрость. Излишние физические возбуждения, свойственные южному климату, не составляют еще условии храбрости. Прославляемый Скандинавами в Эдде герой Niord был Славянин венедского племени, а именно Нурянин из Нурской земли ; ибо славянская буква у, также ю у Скандинавов, всегда переменяется в io, как, например, люд - liod, тур - tior, блюдо - biord и проч.

Наконец, приведем еще одно обстоятельство: Болгаре - Руссы называют Россию дядею Иваном, по Иван-Озеру, у которого сидели в начале христианской эры Руссы и из которого вытекает Дон, последнее седалище Болгар в России.

Император Анастасий для защиты себя провел длинную стену пред Царь-Градом и наконец волею и неволею этот Imperator, Caesar, Flavius, Iustinianus, Alamanicus, Gothicus, Francicus, Germanicus, Anticus, Alanicus, Vandalicus, Africanus, pius, felix, inclytus, victor et triumphator, semper augystus - униженно платит дань Болгарам-Руссам. Надобно полагать, что они были не трусы, когда заставили трепетать пред собою гордую победами Византию, не находившую себе равенства в мире! Промышленность Славян Славяне издревле занимались различными промыслами, даже предуспевали в открытиях другим народам.

Так, по сказанию Клементия Александрийского, прежде всех изобрели сталь Норопы или Норичи, жившие в Паннонии. Славяне выделывали самые лучшие меха и кожи, особенно сыромятные, которые всюду были искомы. Плотничество, кузнечество, домостроительство, кораблестроение и горные работы были ими весьма известны. В саксонском горном календаре на год сказано, что Славяне первые начали там обрабатывать руду и им принадлежали все первые горные разработки. Даже технические горные названия сохранились там по сие время вендо-славянские.

Например, Buhne от бинучь возвысить , Drum - от дречь драть , Flotz - от пложичь класть , Gopel - от гибачь двигать , Hunt - от гон гонт , Kalkow - от калков кров, то есть маленькая надстройка над шахтой , Sate - от десячь десять - означающее плетеную корзину, вмещающую в себе 10 мер уголья , Kutten - от кутло кутень, то есть место, где не видно жил руды , Kuks - от куск кусок , Mark - от мерка мера , Mulde - от мулда горное корыто , Plautsch - от плавичь плавить , Rabisch - от рубачь зарубать метки , Schacht - от сход, Schurl - от жорло родник , Schwaden - от швад чад , Soole - от соль, Stufe - от ступье ступень.

Что это производство верно, то подтверждает не только ныне существующий живой язык Вендов, обитающих в горах саксонских, но и сами Саксонцы признают это Pfarrer Streiter. Следовательно, Венды занимались прежде Германцев горной разработкой. В Мекленбурге древнем Микилине , на южной стороне Толленского озера, в Приливце ныне Прильвиц , найдены медные истуканы идолов славянских; следовательно, Славяне занимались не одними горными работами, но и плавильным и литейным искусствами.

Read More »

Невероятная и грустная история о простодушной Эрендире и ее жестокосердной бабушке Габриэль Гарсиа М

При первой попытке вдового лавочника Эрендира заорала по-звериному и рванулась в сторону. Вдовец молча заломил ей руки за спину и поволок к гамаку. Изловчившись, она расцарапала ему лицо и зашлась беззвучным криком.

А он в ответ влепил ей такую величественную пощечину, что она как бы оторвалась от земли, и ее длинные волосы зазмеились в воздухе. Вдовец взял ее под лопатки, не дав встать на ноги, резким ударом повалил в гамак и так прижал коленкой, что она не могла шелохнуться.

Вот тут ее обуял ужас, она потеряла сознание и в каком-то забытьи увидела лунную бахрому рыбки, проплывавшей в грозовом воздухе. А вдовец тем временем сдергивал с нее одежду лоскутками, точно молодую траву, и эти тонкие лоскуты, подхваченные ветром, взвивались вверх, как разноцветный серпантин. Когда в селении нe осталось ни одного мужчины, готового заплатить хоть самую малость за любовь Эрендиры, бабка повезла ее на грузовике в края контрабандистов. Они устроились в открытом кузове, среди мешков с рисом и банок с оливковым маслом, прихватив с собой остатки былой роскоши: В бауле, на котором малярной кистью были выведены два креста, они везли кости Амадисов.

Прячась от неистового солнца под обтрепанным зонтом, бабка вся в липком поту, задыхалась от мучительной пыли, но даже теперь, попав в такую переделку, она держалась с победным достоинством. За стеной банок и мешков Эрендира расплатилась с грузчиком за дорогу и провоз вещей.

Поначалу она яростно оборонялась, как в тот раз, когда на нее набросился молодой вдовец. Но у грузчика был совсем иной подход: Так что когда бабка после всех мытарств и жарыни увидела, что они наконец подъезжают к первому городку, Эрендира с молодым грузчиком безмятежно отдыхали от сладких утех за грудами банок.

Бабка недоверчиво обвела глазами жалкие пустынные улочки селения, которое, может, было чуть больше того, откуда они уехали, но совершенно такое же унылое и неприглядное.

Прислушиваясь к их разговору, Эрендира сунула пальчик в мешок с рисом. Неожиданно она нащупала нитку и, потянув, вытащила длинное ожерелье из натурального жемчуга.

Она держала его двумя пальцами, словно дохлую гадюку, а водитель тем временем выговаривал бабушке: Здесь и в помине нет контрабандистов. Грузчик, заметив ожерелье в руке Эрендиры, выхватил его и снова засунул в мешок с рисом. В эту минуту бабка, решившаяся все-таки остался в убогом городке, окликнула Эрендиру, чтобы с ее помощью слезть с грузовика.

Эрендира поцеловала молодого грузчика второпях, но пылко и как надо. Сидя на троне посреди пустыря, бабка следила, как сгружают ее имущество. Последним оказался баул с останками Амадисов. Внутри, случаем, не покойник?

Он без всякого почтения бросил баул в кучу с обгорелой, изломанной мебелью, а потом подставил старухе ладонь. Бабка кивнула в сторону грузчика. Водитель озадаченно посмотрел на молодого парня, и тот согласно кивнул головой. Помолчав с минуту, водитель поднялся в кабину, где сидела женщина в трауре с малышом на руках, который безутешно плакал от нестерпимого зноя.

И вот тут грузчик, человек весьма решительный и уверенный в себе, сказал: Все будет честь по чести. Бабка оглядела его с ног до головы, но не уничижительно, а как бы прикидывая в уме: Грузовик рванул с места.

Бабке пришлась по душе щедрость молодого человека. Если по совести, так ты мне должен десять песо. Грузчик на ходу вскочил в кузов и махнул рукой Эрендире, но она со страху даже не ответила. На пустыре, где остановился грузовик, они возвели что-то вроде шатра из остатков восточных ковров и цинкового листа. Постелили на землю две маленькие циновки и спали всю ночь ничуть не хуже, чем в том мертвенно-лунном особняке, пока солнце, проникшее сквозь щели, не напекло им лица.

В то утро, против всякого обыкновения, бабушка сама занялась Эрендирой. Она разрисовала ей лицо, сообразуясь с тем стилем роковой, зловещей красоты, какой был в моде во времена ее молодости, потом приклеила Эрендире накладные ресницы и повязала на голове бант из органди, напоминавший большую бабочку.

Сначала они услышали, а потом намного позже увидели, как устало ступают мулы по кремнистой дороге. Эрендира по приказу бабки тотчас легла на плетеную циновку в той позе, какую бы приняла молодая дебютантка перед поднятием занавеса.

И тогда, опираясь на свой епископский жезл, бабка вышла и уселась на трон в ожидании первой добычи. Путник оказался разносчиком почты. Ему было не больше двадцати, но выглядел он старше, как-никак солидная должность.

Он был в хаки, в гетрах, а на голове пробковый шлем и за поясом — револьвер. Сидя на добром покладистом муле, почтарь вел в поводу второго мула, не такого ладного, навьюченного мешками.

Поравнявшись с бабкой, он кивнул ей и двинулся было дальше. Но старуха мигнула с таинственным видом, мол, загляни туда, внутрь. Развозчик почты остановился и увидел Эрендиру, лежавшую на циновке в платье с траурной фиолетовой каймой, точно у покойницы. Парень вдруг смекнул, какой предлагают товар.

Да за эти деньги я буду есть и пить в свое удовольствие целый месяц. У авиапочты — грузовичок. Старуха меж тем поняла: Почтарь спрыгнул на землю, извлек из кармана несколько мятых-перемятых бумажек и показал их бабке. Эрендира сняла накладные ресницы — они не позволяли моргать и отодвинулась на самый край циновки, освобождая место очередному партнеру, охочему до любви.

Сделка оказалась очень выгодной. Распаленные рассказами служителя почты, понаехали из дальней дали мужчины, дабы самим увериться в прелестях Эрендиры. Вслед за ними торговцы привезли киоски со снедью, появились столы с лотереей, а последним примчался на велосипеде фотограф, который поставил в этом шумном стойбище свой фотоаппарат на штативе под траурной накидкой, а чуть поодаль — укрепил полотно с нарисованными лебедями, уныло плывущими по ядовито синему озеру.

Бабка обмахивалась веером, восседая на своем троне, ей будто и дела не было до всей этой суматохи. Единственное, что ее интересовало — это порядок в очереди клиентов и правильность суммы, которую она взимала за вход к Эрендире.

Поначалу бабка была слишком строга и чуть не отказала хорошему клиенту, которому не хватало пяти песо. Но через месяц-другой она усвоила уроки суровой действительности, а под конец принимала в доплату образки святых, семейные реликвии, обручальные кольца — словом всякие золотые вещицы, которые она пробовала на зуб, если они не блестели.

За время, проведенное в городке, старуха собрала порядочно деньжат и, купив ослика, углубилась в пустыню, надеясь на более прибыльные места. Она восседала на носилках, привязанных к спине ослика и пряталась от недвижного солнца под скособоченным зонтиком, который держала над ней семенившая рядом Эрендира.

Позади шли четверо индейцев и несли все, что осталось от шумного стойбища, — спальные циновки, подновленный трон, алебастрового ангела и баул с костями двух Амадисов.

Вслед за караваном ехал на велосипеде фотограф, однако держался на почтительном расстоянии, как бы показывая, что ему с ними не по дороге. Через полгода после пожара бабка составила для себя точное представление о ходе дел. Она пересчитала все в уме, закрыв глаза и не переставая жевать зерна маиса, которые вытаскивала из пришитой к поясу сумки, где прятала деньги. Сморенная тяжелым зноем и густой пылью, Эрендира, еле поспевавшая за осликом, безропотно слушала бабкины рассуждения и подсчеты и едва сдерживала слезы.

Эрендира закрыла глаза, глубоко вдохнула обжигающий воздух и зашагала, проваливаясь в сон. Фермерский грузовичок, забитый птичьими клетками, катил по дороге, распугивая длиннобородых козлов, которые исчезали в клубах пыли где-то позади, и гомон птиц звучал, как струя свежей воды в знойном воскресном дурмане, окутавшем городок Святого Михаила Пустынника.

За рулем сидел раздобревший фермер-голландец с задубелой от ветров кожей и медно-рыжими усами, унаследованными от одного из прадедов. Рядом с ним сидел его первородный сын Улисс — золотистый юноша с отрешенными глазами цвета морской волны, похожий на падшего ангела. Голландец сразу заметил походную палатку, возле которой в длинною очередь выстроились солдаты местного гарнизона. Многие сидели на земле и передавали друг другу бутыль, из которой отпивали по глотку.

Головы солдат были прикрыты ветками миндаля, точно они прятались в засаде перед решительным боем. Голландец спросил на своем заморском языке: Голландец вышел из машины возле заезжего дома, а Улисс, чуть задержавшись, ловкими быстрыми пальцами открыл отцовский портфель, брошенный на сиденье, вытащил оттуда пачку денег и рассовал их по карманам. Той же ночью, когда отец крепко спал, он вылез в окно и, примчавшись к палатке Эрендиры встал в очередь.

Вокруг шло великое гулянье. Пьяные в дым новобранцы плясали друг с дружкой, чтобы не пропадала дармовая музыка, а неутомимый фотограф щелкал всех желающих, освещая ночную тьму вспышками магния. Строго надзирая за очередью, бабка бросала деньги в подол, потом раскладывала их ровными стопками и прятала в корзину. Солдат осталось с дюжину, но зато прибавились гражданские. У самого входа нетерпеливо топтался солдат с угрюмым лицом. Одет он был как старьевщик. Несколько бесцветных прядей едва прикрывали лысый череп, зубов почти не было, а жалкое положение размякшего старца лишало его всякого величия.

Большие петушиные крылья, грязные и сильно облезшие, навсегда увязли в топкой грязи. Пелайо и Элисенда рассматривали его так тщательно и с таким вниманием, что вскоре оправились от изумления и даже обнаружили в нем что-то знакомое.

Тогда, осмелев, они заговорили с ним, и он ответил на непонятном им языке, голосом, какой бывает у моряков. В конце концов, оставив без внимания крылья, они очень разумно заключили, что это кто-то потерпевший кораблекрушение, с какого-нибудь иностранного корабля, унесенного бурей. Однако они позвали соседку, знавшую все о жизни и смерти, чтобы та взглянула на него, и ей достаточно было одного взгляда, чтобы избавить их от ошибки. На следующий день все знали, что Пелайо держит у себя ангела во плоти и крови.

Вопреки утверждению мудрой соседки, что ангелы нынешних времен — это беглецы, спасшиеся после какого-то заговора на небесах, не хватало духу забить его палками. Целый вечер Пелайо сторожил его из кухни, вооружившись своей дубинкой альгвасила, а перед тем как лечь спать, волоком вытащил его из грязи и запер вместе с курами в проволочном курятнике.

В полночь, когда кончился дождь, Пелайо и Элисенда все еще убивали крабов. Немного позже ребенок проснулся с нормальной температурой и захотел есть. Тогда на них напало великодушие, и они решили сделать ангелу плот, снабдить подслащенной водой и провизией на три дня и предоставить собственной судьбе в открытом море.

Но когда с первыми лучами солнца они вышли во двор, то обнаружили около курятника всех своих соседей, которые, глядя на ангела, всячески развлекались без малейшего признака набожности и бросали ему кусочки еды сквозь отверстия проволочной сетки, будто это было не сверхъестественное существо, а какой-нибудь зверь в цирке.

Еще до семи прибыл отец Гонсага, встревоженный несуразной новостью. К этому времени появились любопытные, менее легкомысленные, чем те, что на рассвете, и стали строить самые разнообразные догадки относительно будущей судьбы пленника. Наиболее простодушные считали, что его нужно назначить алькальдом. Другие, более суровые духом, предполагали, что он получит пять генеральских звезд и выиграет все войны. Но отец Гонсага, до того как стать священником, был здоровенным лесорубом.

Высунувшись из-за проволочной изгороди, он с минуту повторял катехизис, а потом попросил открыть дверь, чтобы поближе рассмотреть сего достойного жалости мужа, более похожего на огромную дряхлую курицу среди всполошившихся кур. Забившись в угол, тот сушил на солнце распростертые крылья, а вокруг валялась кожура от фруктов и остатки завтраков, которые накидали ему полуночники. Чуждый всеобщему нахальству, он едва поднял глаза, похожие на глаза антиквара, и прошептал что-то на своем языке, когда отец Гонсага вошел в курятник и поздоровался с ним на латыни.

Первый раз святого отца заподозрили в обмане, убедившись, что он не знает языка Бога и не умеет приветствовать Его посланцев. Он же, при ближайшем рассмотрении, обнаружил в посланце слишком много человеческого: Отец Гонсага вышел из курятника и обратился к любопытным с небольшой проповедью, предостерегая их от опасности простодушия. Он напомнил им, что дьявол имеет скверную привычку прибегать к маскарадным средствам, дабы смущать неосторожных. Он привел следующий довод: Однако он обещал написать письмо епископу, с тем чтобы тот написал еще более высокому лицу, которое, в свою очередь, написало бы папе римскому, и, таким образом, окончательный вердикт будет исходить от суда самого высочайшего.

Его благоразумие нашло отклик в простых сердцах. Весть о плененном ангеле распространилась с такой быстротой, что через несколько часов во дворе стало оживленно, как на рынке, и пришлось вызвать отряд карабинеров, чтобы утихомирить толпу, чуть не развалившую дом. У Элисенды спина не разгибалась — столько мусора приходилось выметать из-за этого столпотворения, и тогда ей пришла в голову дельная мысль обнести двор забором и собирать по пять сентаво за вход, чтобы посмотреть на ангела.

Пришли любопытные даже с Мартиники. Появился бродячий цирк с летающим акробатом, который несколько раз со свистом пролетел над толпой, но никто не обратил на него внимания, потому что крылья у него были не как у ангела, а как у летучей мыши в звездном небе.

В надежде на исцеление пришли самые несчастные больные с берегов Карибского моря: Ангел был единственным, не принимавшим участия в событиях, коих был причиной. Он то и дело переходил с места на место в своем временном гнезде, потому что у него кружилась голова от адской жары, распространяемой масляными лампами и жертвенными свечами, придвинутыми к проволочной сетке.

Сначала его пытались кормить кристаллами камфары, которые, как утверждала мудрая соседка, были специальной пищей ангелов. Но он отказался и от них, и, даже не попробовав, от картошки, которую приносили ему исповедующиеся, и кончил тем, что стал есть только кашицу из баклажанов — не то по старости, не то потому, что она-то и была пищей ангелов.

Его единственным сверхъестественным достоинством, казалось, было терпение. Только один раз его расшевелили, когда прижгли бок клеймом для молодых бычков, поскольку он лежал без движения столько времени, что его сочли умершим.

Вздрогнув, он проснулся, что-то бормоча на неведомом языке, со слезами на глазах, и два раза взмахнул крыльями, подняв тучи желто-лунной пыли и куриного помета и вызвав такой приступ паники, какого раньше и на свете не было.

Хотя многие решили, что его действия вызваны не гневом, а болью, все-таки с тех пор его остерегались беспокоить, потому что большинству стало ясно, что бездеятельность его — это не бездеятельность героя, удалившегося от дел, просто он отдыхает после пережитого потопа. Отец Гонсага, в ожидании окончательного суждения о происхождении пленника, пытался противостоять нахальным выходкам толпы, увещевая ее с доморощенным вдохновением.

Но письмо из Рима не обещало быстрого решения вопроса. Там тратили время на то, чтобы узнать, есть ли у пойманного пуп, не похож ли язык, на котором он говорит, на арамейский, может ли он несколько раз подряд упасть на булавочное острие, и вообще, может быть, это просто крылатый норвежец.

Эти осторожные письма ходили бы туда-сюда до скончания века, если бы вдруг само Провидение не вмешалось и не положило конец терзаниям преподобного отца.

Случилось так, что в эти самые дни один из многочисленных бродячих цирков, путешествующих по берегам Карибского моря, показывал в городке, среди прочего, очень грустное зрелище — женщину, превратившуюся в паука из-за непослушания родителям. Это был жуткий тарантул величиной с барана и с лицом грустной молодой девушки. Но самым душераздирающим был не ее нелепый вид, а неподдельная скорбь, с которой рассказывала она подробности своего несчастья: Единственной пищей девушки были катышки из мясного фарша, которые иные добрые души кидали ей прямо в рот.

Подобное зрелище, полное такой жизненной правды и такой суровой морали, само того не ведая, отбило охоту смотреть на надменного ангела, едва удостаивавшего взглядом простых смертных. Кроме того, те немногие чудеса, которые связывали с ангелом, производили определенный беспорядок в умах: Эти малоутешительные чудеса, больше похожие на насмешку, уже и так подорвали авторитет ангела, а женщина-паук окончательно свела его на нет.

Вот так и получилось, что отец Гонсага навсегда избавился от бессонницы, а во дворе у Пелайо стало так безлюдно, как в те времена, когда три дня подряд лил дождь и крабы разгуливали по комнатам.

Хозяевам дома не на что было жаловаться. Ночью она тихо зовет Улисса, и он слышит её зов, находясь за тысячи километров от неё. Отец грозит ему проклятием, но Улисс уходит и больше никогда не возвращается домой. Он находит Эрендиру, и они вместе думают, как убить бабушку.

Сначала они подсыпают ей в торт много яда, но на бабушку он не действует. Эрендира злится на Улисса, и он уходит, а через несколько дней бабушке в подарок привозят пианино, которое взрывается, но не причиняет ей вреда. Улисс приходит к ней с кинжалом и наносит несколько смертоносных ударов, а потом обессиленно остается у трупа, не в силах идти куда-нибудь. Эрендира бесследно исчезает в ночной тьме.

По книге снят одноименный фильм Руя Герры в году. В фильме большое внимание уделяется сюрреалистическим частям произведения, магическому реализму , ставшему отличительной чертой творчества Маркеса. Жадность и кажущееся бессмертие бабушки являются аллегорией коррумпированных политических деятелей в Латинской Америке и во всем мире. А огромный долг, который Эрендира должна выплатить своей бабушке, является символическим относительно международного долгового бремени Латинской Америки.

В качестве режиссёра постановки дебютировал актёр МХТ им. Художественный руководитель Андрей Могучий. Материал из Википедии — свободной энциклопедии.

Read More »

Энциклопедия интересных фактов. История Миранд Смит, Филипп Стил, Питер Крисп

История" вы можете приобрести дешево в одном из интернет-магазинов, представленных на нашем сайте. Кроме покупки нужного издания вы можете сравнить, где можно его купить и по каким ценам, также важным будет изучить особые предложения и стоимость доставки в интернет-магазинах для вашего региона. Запрещено копирование материалов сайта без активной ссылки на страницу.

Характеристика Издание "Энциклопедия интересных фактов. Читая эту книгу, вы совершите увлекательное путешествие в глубь веков. Перед вами предстанет жизнь фараонов, откроются секреты египетских гробниц и великих пирамид. Вы познакомитесь с античной цивилизацией, узнаете тайны Греции, встретитесь с отважными героями.

Вам предстоит погрузиться в повседневную жизнь древних римлян, увидеть великие битвы, узнать, как сражались гладиаторы и чем прославились правители империи.

Попав в эпоху рыцарей, вы поймете, почему в средневековье появились воины, не имевшие себе равных по боеспособности. Вы окунетесь в полную приключений и опасностей жизнь пиратов. Select rating Give М. Select rating Give Питер Крисп: Попав в эпоху рыцарей, вы поймете, почему в средневековье появились воины,.. Мы с тобой живём в великой и прекрасной стране России. На многие тысячи километров простирается наша Родина - в ней есть ледяные пустыни и тёплые..

Стильное оформление и необычные темы выделят книги серии среди остальных. Красочные иллюстрации и интересные тексты позволят ребёнку получить яркие.. Подробная красочная панорама жизни людей каменного века, Древнего Египта, Древней Греции, Римской империи.

Быт, культура, архитектура, ремесла, военное дело,.. Энциклопедии серии "Загадки и тайны мира" помогут ребенку в познании сложного, противоречивого и удивительно интересного мира, в котором он живет.

Все дети, а тем более их родители, мечтают найти книгу, которая в простой и увлекательной форме рассказывала бы обо всём на свете. В этой детской энциклопедии.. Pered vami predstanet zhizn faraonov, otkroyutsya sekrety egipetskikh grobnits i velikikh piramid.

Vy poznakomites s antichnoy tsivilizatsiey, uznaete tayny Gretsii, vstretites s otvazhnymi geroyami. Vam predstoit pogruzitsya v povsednevnuyu zhizn drevnikh rimlyan, uvidet velikie bitvy, uznat, kak srazhalis gladiatory i chem proslavilis praviteli imperii. Popav v epokhu rytsarey, vy poymete, pochemu v srednevekove poyavilis voiny, ne imevshie sebe ravnykh po boesposobnosti.

Vy okunetes v polnuyu priklyucheniy i opasnostey zhizn piratov. You will see the life of pharaohs, reveals the secrets of Egyptian tombs and the great pyramids. You will get acquainted with the ancient civilization, learn the secrets of Greece, will meet brave heroes.

You have to immerse yourself in the daily life of the ancient Romans, to see the great battle, learn how to fight the gladiators and the famous rulers of the Empire. Once in the era of knights, you will understand why the middle ages were warriors, not unparalleled combat capability.

You will plunge into the adventurous and dangerous life of pirates.

Read More »

Политическая история Парфии Н. К. Дибвойз

Либо бомба, либо снаряд. Но его квартира цела, и даже дверь закрыта. Соображаем, где второй вход, идем туда. Здесь тоже заперто, но дверь простая, не дубовая. Два удара, вылетела филенка, пошарили в дыре, засов открываем.

Из соседнего подъезда крик донесся. Холодало, замерзали люди в обледенелых подъездах. Это не психбольница, всех не перестреляешь.

Кто-то просто и тихо; кто-то, совершая героические поступки; кто-то до последнего мига вкалывая на заводе, а когда придет время — тоже умрет. Кто-то на всем этом жирел, за кусочки хлеба скупал драгоценности, золото, жемчуг, серьги, потом тоже умирал — сводили его вниз к Неве и стреляли, а потом поднимались, ни на кого не глядя, закидывая винтовочки за тощие спины. Кто-то охотился с топором в переулках, ел человечину, торговал человечиной, но тоже все равно умирал… Не было в этом городе ничего более обыкновенного, чем смерть.

Достала она и старичка Локтева. Спрашивали его о чем-то любопытные люди, и очень хотели услышать ответы. Все пальцы на руках ему перебили, вероятно, вон той кочергой, потом раздробили коленные чашечки, и оставили на полу. А потом пришли крысы. Понятно, что у людей неприятности… Неуютное место — Ленинград в … Или вот: Он умер у доски, записав на ней каллиграфическим почерком задание. Так и Лабунский о совести где-то что-то написал… А третьего ноября в атаку на полевые укрепрайоны вермахта пошли свежие части стрелковой дивизии.

Не стал генерал-майор Бондарев выделяться, просто совесть ему не позволила в землянке отсиживаться, взял он винтовку и встал в цепь. Боем управлял начальник оперативного отделения Борщев. Только не мог он ничем помочь полкам, снаряды, как хлеб, выделялись по норме, и хватало этой нормы на пятнадцать минут огня перед началом атаки.

И он тоже взял винтовку в руки… Рядом, так же, в общей цепи шли полковники Андреев и Вехин, комдивы 86й и й дивизий. Совесть на войне сильно жизнь сокращает… Фамилии и номера частей, как и положено в фантастике — абсолютно точные.

Только совесть мозгу не помеха. Можно и совесть иметь, и думать уметь. Я твердо уверен, что Конецкий знал, что такое блокада. Я даже допускаю мысль, что он знал с кем СССР воюет. А фашисты — они в Италии. Ну, какой спрос с убогих? Они всю жизнь жили с мантрами: А мантры любого типа мозг убивают.

Похоже на на мысли обкуреных. Не смогла дальше читать. Рассел-И ни осталось никого. Большую пользу принесли библиотекари Университета штата Иллинойс, Восточного института и классической библиотеки Чикагского университета.

В конце концов, весь проект был реализован благодаря покойному профессору Джеймсу Генри Брестеду, первому директору Восточного института, который всегда находил время для того, чтобы выслушать и поддержать молодого учёного, а также благодаря его преемнику, профессору Джону А. Уилсону; оба они нашли возможность уделить время подготовке этого исследования.

Дибвойз Политическая история Парфии. Дибвойза в изучение истории и культуры Ирана в эпоху Аршакидов. Барабанный грохот при Каррах.

Парфия в свете торговых отношений и данных античной литературной традиции. Траян в Армении и Месопотамии. Южное приграничье Восточная Аравия и торговые пути в северо-западной части Индийского океана. Лучшее из того,что я читала. Я прочитала все 16 томов за неделю,просто не смогла оторваться. Подчинение миллиардеру Книга отличная, читала на одном дыхании. Плакала когда читала про Павла. Автор вы молодец, вы теперь один из моих любимых писателей, а таких не много. Мифы и реалии Полтавской битвы.

Бурная весна Преображение России - Диктатура импотентов Социализм, его пророчества и их реализация. Та самая царская невеста.

Read More »

Паскаль. История об одаренном ученом и писателе, изобретателе первой счетной машины Екатерина Мурашо

Монс Калентофт "Дикая весна" от thosik рецензия 2. Для регистрации на BookMix. Главная Художественная литература Биографии. История об одаренном ученом и писателе, изобретателе первой счетной машины Купить по лучшей цене: Подробнее об акции [x]. Я читал эту книгу. Рецензии Отзывы Цитаты Где купить. Зарегистрируйтесь, чтобы получать персональные рекомендации.

Заметка в блоге Спор о "Золотых перьях". Сергей Айсон 1 день 4 часа 5 минут назад. Обсуждение в группах Опрос "Лучшая рецензия весеннего сезона " Рецензии читаем здесь: Товары, наборы для творчества. Для дома и интерьера. Посуда и ножи для готовки. Книги о домашнем мире. Для сна и отдыха. Техника для автомобилей Новинки. Ленина Советская Ленинская Октябрьская Ленина пр. В других разделах Художественная литература Исторический роман.

Екатерина Мурашова , История об одаренном ученом и писателе, изобретателе первой счетной машины Екатерина Мурашова, Вам может понравиться Лечить или любить? Сначала полезные Сначала новые. Напишите отзыв о книге или задайте вопрос Оставить отзыв Задать вопрос.

Read More »

История одной зечки и других з/к, з/к, а также некоторых вольняшек Е. Матвеева

Земля дрожала, и талая, грязная от угольной пыли вода грозила затопить черной жижей одинокую фигуру распластанного на снегу человека. А однажды она видела во сне ярко освещенную, необитаемую зону, с продранной колючей проволокой и покосившейся вышкой. На вышке никого не было, а между подгнившими опорами все та же фигура, и всегда лицом в снег. Некоторое время она сидела неподвижно, всматриваясь в темноту, словно хотела увидеть продолжение своего сна.

Потом, тряхнула головой, отгоняя от себя страшное наваждение, и вытерла слезы тыльной стороной ладони. Вот добрая, старая, довоенная Малаховка, летними вечерами пряно пахнущая душистым табаком и маттиолой. Впрочем, старожилы уверяли, что когда-то там пел сам Собинов.

Вход в сад на танцы — 10 копеек, вход в кино — 30 копеек. С наступлением сумерек далеко окрест разносились голоса Шульженко и Утесова, веселя дачников. Мирная и покойная, совсем не похожая на пристанище воров и жулья, какой потом ее изображали в своих произведениях писатели детективных романов. Виной тому толкучка-барахолка, открытая в Малаховке во время войны. Тогда и пошли там пьяные драки и поножовщина, чинимые всяким уголовным сбродом. Местные жители стали бояться выходить вечерами из дома, на ночь запирались на амбарные засовы.

Война всколыхнула со дна и подняла на поверхность притаившихся подонков общества и разный уголовный элемент. Милиционеры и блюстители порядка, люди в большинстве своем молодые, ушли на фронт, и ничто не препятствовало разгулу этого отребья. Старый дом на Тургеневской улице, ее, Надин, дом. Не бог весть какой! Были там дома-дачи несравненно лучше, и жили в них люди именитые, зажиточные.

И можно было быть знатнее, богаче, удачливее, наконец, но не счастливее, чем жила маленькая девочка Надя с папой, мамой и братом Алешкой. И хотя денег всегда было маловато, а житейских прорех вдосталь, это никого не угнетало. Все знали, что скоро, не за горами, день, когда будет лучше. Услужливая, цепкая память так ясно, так четко вырисовывала ей мельчайшие подробности, словно было это совсем недавно, а между тем так давно….

На дворе зима… Снегом замело завалинку, его не отгребают: Посреди комнаты у стола, под оранжевым с редкими кистями абажуром, сидит Алешка и учит уроки. Он не больших способностей, но учится хорошо, прилежно, а в школе таких не любят.

Надя еще не ходит в школу, да и не очень-то хочет. Жалко, придеться тратить время на уроки. Она лежит на диване, под новой отцовской телогрейкой, не болеет, просто ленится. Сквозь прищуренные ресницы ей видно, как прыгают радужные искорки на светлых Алешкиных волосах.

Он водит пальцем по учебнику и монотонно бубнит: Олег — это дачник, он приезжает на зимние каникулы сюда, в Малаховку, к бабушке. Каникулы кончились, приходится ехать домой, в Москву, в школу.

Но по суровым законам жизни белые полосы сменяются черными. Так и на этот раз. В день, когда Надя получила полную свободу и была вне себя от счастья, от руки беглого бандита погиб ее жених, погибла ее любовь, ее жизнь. Опять разбитое сердце, разбитые надежды и мечты, и остались силы только на крик. Возвратившись домой, она оказалась совсем одна. Мать умерла, родственников рядом нет, дом заняли соседи.

Но жить надо, пусть нет ни сил, ни желаний. Потом находит друзей, выходит замуж, учится пению. Это уже другой человек, но пять лет зоны просто так из жизни, из сердца не выкинешь, стену рокового прошлого, на которую всякий раз натыкаешься, просто так не сломаешь. Как сильно может страдать человек из-за совершенных ранее ошибок. Но судьба — штука странная и страшная, никогда не знаешь, что случится с тобой в следующий момент, как может измениться твоя жизнь.

Волею судьбы встречает наша героиня того беглого уголовника — убийцу ее жениха. Она уничтожает его, как болезнь, как бешеное животное, чтобы он не существовал больше, чтобы навсегда исчез с лица земли. Надя была убеждена и свято верила, что не сама она, а Провидение шаг за шагом вело ее к исполнению этого предначертания. Оттого и не страшилась она людского суда, уверенная в том, что была лишь орудием в руках Высшего судьи.

На смену ее недавнему унылому отупению к ней пришло чувство радостного освобождения, настоящей свободы! Теперь началась новая жизнь, теперь она могла быть по-настоящему счастлива со своим мужем.

Она знала, что он все поймет и простит. Я считаю, что в образе Нади Михайловой автор отобразил свою трудную судьбу, а в образе окружающего мира — нашу страну в годину жестоких репрессий. Сколько душ загубили, сколько жизней искалечили! Далеко не все зеки оказались в конечном итоге так счастливы, как наша героиня. Каждая строка этого романа просто пропитана пережитой болью, страданием, но также талант автора позволяет почувствовать и редкие радости на фоне всеобщего бедствия.

Здесь есть чему поучиться. В романе раскрываются вопросы не только политические и исторические, но и вопросы, затрагивающие человеческую душу, мораль. Как преодолеть все трудности, как выстоять перед лицом несчастий?

Read More »

История русской живописи в XIX веке А.Н. Бенуа

В наши дни труд А. И в самом деле, книга отражает уровень знаний, вкусы и пристрастия рубежа столетия, характерную атмосферу культа красоты, широко распространившиеся тогда в кругах художников идеи автономии искусства, его свободы от утилитарных задач любого рода. Переиздание книги позволяет возродить эту ее функцию. Разумеется, при этом отнюдь не каждое слово даже в замечательной книге может быть принято без коррективов: В этом отношении работа А.

Бенуа остается и сегодня поистине живым наследием серебряного века: Всеми этими качествами свой труд сумел наделить человек, который отличался разносторонними дарованиями, в том числе и чудодейственной способностью заражать других своими радостями и восторгами в искусстве.

Он был выдающимся художественным критиком, крупнейшим в России начала XX века, и поразительно эрудированным исследователем, историком искусства, видным музейным деятелем.

Все это еще не полный перечень его профессий и различных сторон творчества. К созданию его он был подготовлен всем предшествовавшим опытом, о котором сам рассказал в написанных на склоне лет мемуарах. Ее начало относится к году, когда А. В издании освещалась история искусства разных стран Европы, а также США и Японии, причем автор резко выступал против академической рутины и восхвалял художников, прежде всего символистов, стремившихся к обновлению живописи, к свободному от академических условностей выявлению своей творческой индивидуальности.

Критерий художественного качества объявлялся важнейшим в оценке произведений. В отличие от скучных академических трудов Мутер писал доступно для широкой публики, с массой увлекательных биографических подробностей и обстоятельными сведениями о сюжетах картин. Александр Бенуа - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки LibKing.

Иванова к Священному писанию. Возвращение в Россию — XVI. Эстетика х годов — XX. Отказ ти конкурентов — XXI. Реалисты х годов — XXII. Освобождение от тенденции — XXX. Национализм в искусстве — XLII. О том, как читать книги в форматах pdf , djvu - см.

Астрономия Биология География Естествознание Иностр. Студентам - и др. История русской живописи в XIX веке. Сайты Книги Рисование Музыка Рефераты. Школа - и др.

Read More »

1 2 3 4 5

© Крушина - дерево хрупкое Валентин Сафонов 2018. Powered by WordPress